29 ноября понедельник
СЕЙЧАС -13°С
Фото пользователя

Николай Эйхвальд

Корреспондент
Фото пользователя

Николай Эйхвальд

Корреспондент

В каменной чаще: рецензия на фильм «Последняя дуэль»

В новой картине Ридли Скотта зритель увидит одну историю глазами троих людей

Поделиться

Герою Мэтта Деймона предстоит защитить честь жены

Герою Мэтта Деймона предстоит защитить честь жены

Поделиться

Назло ковиду финал 2021 года оказался богат на премьеры: не реже раза в месяц выходят фильмы, которые сулят не только простое зрительское удовольствие, но и ощущение большого события. В сентябре это была «Дюна» от Дени Вильнёва, в октябре — новый Бонд («Не время умирать» — отличный девиз для пандемийной эпохи). Ну а в ноябре и декабре нас радует Ридли Скотт, умудрившийся выдать целых две картины с минимальным интервалом. Детектив о мире высокой моды с роскошной Леди Гагой и полысевшим Джаредом Лето выходит на следующей неделе, а прямо сейчас можно идти на суровую историческую драму про рыцарство, насилие и специфику средневековой юриспруденции. Я воспользовался этой возможностью в первый же день и совсем не жалею. Но обо всём по порядку.

Дуэли и поединки


Сразу нужно определиться: в названиях самого свежего и самого первого из фильмов Скотта («Последняя дуэль» и «Дуэлянты» соответственно) никакой переклички, никакой словесной игры наверняка нет, и рассматривать новую картину как «завещание мастера» не стоит. Во-первых, дуэль последняя, а вот фильм — точно нет. И «Дом Гуччи» готов к премьере, и «Солдатский ранец» (картину, в которой Хоакин Феникс сыграет Наполеона) вот-вот начнут снимать. Во-вторых, слово в двух фильмах одно, duel, но дуэли очень разные.

В «Дуэлянтах» один офицер-гусар из наполеоновской армии преследует другого из-за причудившейся ему обиды. Это дуэль поздняя, продукт вырождения самой идеи. «Не сошлись во мнениях об одном месте из Блаженного Августина», «Я дерусь, потому что дерусь» — досужее занятие скучающей знати, доказывание себе и окружающим, что ты не трус, что знаешь этикет и при необходимости учтиво дождешься у барьера своей очереди стрелять. В случае с «Последней дуэлью» уже трейлер обещал нам совсем иное — проявление высшего суда, когда Бог направляет руку поединщика и показывает таким образом его правоту, а потом это решение высшей инстанции закрепляется в судебном протоколе.

Сюжет таков: двое французских рыцарей, Жан де Карруж и Жак Ле Гри, вместе сражаются с англичанами и дружат. Жан (герой Мэтта Деймона) — суровый и неуклюжий брутал, обезображенный шрамом; он не умеет читать и говорить речи, но храбр в бою и всегда готов отстаивать свои права. Жак (герой Адама Драйвера) — лощеный знаток латыни, бухгалтерии и искусства любви, покоритель женских сердец и задушевный друг сеньора, графа Пьера (этого героя играет Бен Аффлек). При таком различии в характерах, вкусах и умениях обаять начальство не мудрено, что друзья постепенно превращаются во врагов. Однажды жена Карружа, красавица с лицом жертвы, заявляет ему, что Ле Гри ее изнасиловал. Карружу остается только одно — вызвать преступника на судебный поединок, чтобы доказать его вину; если он проиграет, его жену сожгут заживо за лжесвидетельство.

Со сцены поединка фильм начинается. Той же сценой, продолженной до гибели одного из участников, он и заканчивается, а всё, что между (больше двух часов экранного времени), — рассказ о том, как до такого дошло. Причем это рассказ трех людей — сначала оскорбленного мужа, потом насильника и, наконец, жертвы.

Весь фильм зритель ждет сцену, с которой всё началось

Весь фильм зритель ждет сцену, с которой всё началось

Поделиться

В каменной чаще


Композиция «Последней дуэли» не нова. Рассказ об изнасиловании и убийстве, поданный в разных версиях, — основа фильма Акиры Куросавы «Расёмон», показанного в 1950 году и ставшего первым триумфом японского кинематографа. Куросаве очень помогла мощная литературная основа, новелла Акутагавы Рюноскэ «В чаще». У него получилась история о том, что правды, может быть, нет вообще: все люди лгут и совершают преступления, но некоторые из них при всём этом делают и добро, а значит, человечество небезнадежно.

У Скотта дело ограничивается внешним сходством. Да, мы видим одни и те же события разными глазами: меняется позиция оператора, звучат оценки происходящего из уст разных героев, мы узнаем новые подробности и от версии к версии меняем свой взгляд на события. Однако нам дают понять, что узнать правду вполне реально, и в названии третьей киноглавы, центральный персонаж которой — прекрасная Маргарита де Карруж, есть слово «истина», для Куросавы невозможное.

Я сам до премьеры «Последней дуэли» ограждал себя от информации о том поединке между Карружем и Ле Гри, который действительно произошел в Париже в декабре 1386 года. Я не знал, кто победил, не знал, досталась ли Маргарита палачу, и, самое главное, не знал, окажется ли в фильме ее обвинение в адрес Ле Гри правдивым. Будучи наслышан о концепции, я был готов к тому, что картина так и оставит меня в неведении, — но Ридли Скотт всё же расставил точки во всех нужных местах. Видимо, только в тропических лесах Японии можно оставить исход неясным: если действие происходит в каменной чаще зрелой европейской готики, нам нужна полная определенность. Это правильно, и любой другой финал выглядел бы, наверное, неоправданным с художественной точки зрения.

Средневековое Me too


Скотту уже изрядно досталось от критиков из-за некоторых особенностей картины, которые созвучны современным трендам. Истинную версию случившегося здесь озвучивает женщина; одна из центральных тем — борьба с сексуальным насилием, что не слишком соответствует реалиям XIV века, а в Маргарите де Карруж можно при желании увидеть феминистку, бросающую вызов мужскому миру. Даже ее супруг и защитник предстает (по крайней мере, в ее версии) эгоистом, затевающим поединок исключительно ради себя. Жену сожгут заживо, если он проиграет? Что ж, значит она сама будет в этом виновата. Сир Жан и сам оказывается в глазах Маргариты почти что насильником — бесчувственным, грубым, вызывающим страх, готовым ударить или придушить в случайном порыве.

Здесь интересно сравнить «Последнюю дуэль» с другим фильмом Ридли Скотта о Средневековье — «Царством небесным», снятым 16 лет назад. Его герой, светлый юноша с лицом Орландо Блума, ставший неожиданно для себя самого воином и политиком, сохраняет способность жить в полном согласии с универсальным нравственным законом. Если этот закон надо нарушить, чтобы спасти страну и сохранить любимую, он не колеблясь забудет про первую и откажется от второй. Герои «Последней дуэли» совсем другие. Они принадлежат своей эпохе, разделяют ее убеждения и предрассудки, следуют своей выгоде и при этом всегда уверены в собственной правоте. Эти люди не отступают и берут, не спрашивая; характерное доказательство тому — длинная и мучительная сцена в спальне Маргариты, которую нам показывают целых два раза.

Судьба Маргариты тоже зависит от поединка

Судьба Маргариты тоже зависит от поединка

Поделиться

Кстати, свекровь мадам де Карруж вообще уверена, что не из-за чего было поднимать шум. «Меня тоже насиловали в молодости. Всех насилуют, и ничего. А ты самая умная, что ли?» — примерно такое говорит она невестке. В соседнем эпизоде Жаку Ле Гри советуют передать дело в духовный суд, объясняя это тем, что священников часто обвиняют в насилии, но они всегда избегают сурового наказания (так сценаристу удается отметиться в еще одной актуальной теме). Оба персонажа остаются глухи к увещеваниям. Маргарита продолжает свою борьбу, Ле Гри соглашается на суд поединком, и зритель в результате получает эффектный финал.

Степень обоснованности всех этих вольных или невольных отсылок к темам Me too и католических священников-педофилов можно оценивать по-разному. «Ну да, насиловать — плохо, — признает среднестатистический зритель. — Раньше за такое не сажали, а сейчас сажают, и это правильно. Маргариту жалко, если дело было вот так, но ведь не все мужчины — насильники, обобщать-то зачем?» Среднестатистическая зрительница на это возразит, что никто не обобщает беспричинно и что на словах «насиловать плохо» можно остановиться. Я бы ограничился констатацией того, что анахронизмы в «Последней дуэли» едва намечены, что постановка вопроса обусловлена самим сюжетом и что все 150 минут фильма слишком хороши, чтобы робкое желание главной героини самой распоряжаться своим телом могло их испортить.

Дела экранные


Рассуждая о главных идеях, важно не забывать, что кино — это в первую очередь зрелище. «Последняя дуэль» в этом отношении обходит и Бонда, и даже «Дюну» (да простят меня фанаты Шаи-Хулуда). Максимально достоверны и эстетичны средневековые замки, улицы городов, строящиеся соборы, сцены застолий и схваток. В батальном жанре сэр Ридли, кажется, достиг совершенства: сцены, в которых закованные в железо герои с остервенением убивают друг друга, — главное украшение фильма. Специалистам стоит использовать их как учебное пособие и пример для подражания или искать себе новую работу.

Отдельная история — актерская игра. Здесь, кажется, всех обошел Бен Аффлек, перекрасившийся в блондина и создавший очень обаятельный образ графа Пьера Алансонского — бабника, пьяницы, коррумпированного судьи и просто отличного парня. Его задушевный друг Мэтт Деймон играет заклятого врага Пьера, что само по себе интересно и создает какое-то дополнительное напряжение в кадре. Если не верите, смотрите внимательнее на сцену вассальной присяги с ударной репликой «Ближе!».

Звероподобный и неуклюжий вояка Жан де Карруж со шрамом на правой щеке — еще одно украшение картины. Удивительно, как Деймону удается, делая в разных киноглавах почти одно и то же, создавать новые оттенки смысла, из-за чего порядочный семьянин и достойный рыцарь превращается на наших глазах в домашнего тирана и недотепу. Задача Адама Драйвера, кажется, была более скромной, но и его герой, книгочей и насильник Жак Ле Гри, весьма убедителен.

В итоге «Последняя дуэль» оказалась (по крайней мере, для меня) наиболее увлекательным из фильмов 2021 года. Без шероховатостей, конечно, не обошлось, но здесь мы, по традиции, многим обязаны горе-переводчикам на русский. Если герои картины, французы, воюющие с англичанами, вдруг оказываются «сэрами» и «милордами», если оруженосца именуют «сквайром», а женщину — «леди», значит, локализаторы совершают самую примитивную ошибку. При желании можно найти и другие глупости, недочеты, малоправдоподобные реплики и не самые логичные сюжетные ходы, но делать это не хочется: конечный продукт для этого слишком хорош.

Остается надеяться, что Ридли Скотт успеет еще хотя бы раз обратиться к средневековому материалу. Снимать дорогое и качественное кино о Средних веках сейчас может, кажется, только он.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Автором колонки может стать любой. У вас есть свое мнение и вы готовы им поделиться? Почитайте рекомендации и напишите нам!

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК5
  • СМЕХ2
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Омске? Подпишись на нашу почтовую рассылку
Загрузка...