«Мы заигрались»: аграрии рассказали, как разрушается сельское хозяйство Омской области

В прошлом году омские аграрии намолотили 3,7 миллиона тонн зерна. Это рекордный результат за последние несколько лет. Для сравнения: в 2023 году на конец уборочной кампании было 2,5 миллиона тонн зерна — в полтора раза меньше.

Правда, даже рекордный урожай не смог положительно сказаться на работе сельскохозяйственной отрасли. В прошлом году количество фермерских хозяйств сократилось до 97.

Мы решили узнать у местных аграриев, действительно ситуация настолько плачевная, есть ли кадровый дефицит, как обстоят дела с закупкой новой техники и как это сказывается на нашем регионе.

Ситуация на полях Омской области оставляет желать лучшего: людей не хватает, особенно механизаторов, техника ломается, урожай пропадает, потому что элеваторы переполнены. Такими неутешительными выводами делится с NGS55.RU президент Союза крестьянских (фермерских) хозяйств Иван Бригерт.

«Мы заигрались в сельское хозяйство. После урожая прошлого года все начали говорить, что отрасль развита, но это не так. Во всё это вложен колоссальный труд людей. Государство, конечно, дает краткосрочные кредиты под 8,3%, это замечательно. Только вот прошлый год показал, что вернуть то, что взяли, очень проблематично».

Причин на это несколько. В первую очередь, неподготовленность омских элеваторов к рекордному урожаю: «В прошлом году все прекрасно понимали, что урожай будет хорошим, когда пошли первые дожди. Государство не освободило элеваторы от прошлогодних запасов, люди мучались и не знали, куда реализовать всё, что собрали. Из-за этого пострадали фермеры, они продавали свою продукцию по заниженной цене».

Фермерам приходилось сдавать проросшее зерно по смехотворной стоимости, которую диктовали элеваторы — по 5–7 тысяч рублей за тонну.

«Как выстраивать какую-то финансовую или экономическую систему? Для сравнения: в 2012 году можно было продать зерно за 14,5 тысячи рублей. Осенью 2024 года — 10-11 тысяч рублей. Чувствуете разницу?» — задает риторический вопрос Бригерт.

У фермера 4700 тысяч гектаров земли, которые расположены в Азовском и Омском районах. На полях выращивает рапс, лен, чечевицу, пшеницу и ячмень. Если ситуация не изменится, то придется закрывать хозяйство.

«Мы дошли до того, что мне приходится садиться за руль трактора и ехать на поля боронить. Есть вероятность, что и сеять придется самому».

Главе фермерских угодий не просто так приходится садиться за руль сельскохозяйственной техники. Во всей отрасли есть сильный дефицит рабочих рук, признается Бригерт: «Нет механизаторов, нет водителей. Практически всю работу взяли на себя 3–4 человека, в том числе и я. Специалистов нет, так как профессия перестала жить. Если раньше люди этому учились, то сейчас приходят те, с кем приходится садиться за руль комбайна и с нуля обучать».

Бригерт подчеркнул, что работа в поле — тяжелый труд, за который готовы платить: «Мы готовы платить 100 тысяч рублей, но людей нет. Говорят, что сельское хозяйство — перспективная отрасль, но это не так. Это очень тяжелая отрасль. Это поле. Здесь люди трудятся по 15–17 часов. Весной начинается боронование, посев, химпрополка, химобработка и потом уборочная кампания».

В эти периоды рабочий день всегда затягивается.

Фермер считает, что студенты, которых готовит аграрный университет, не приходят потому, что учатся только ради диплома. И перспектива сидеть в комбайне по 17 часов их не привлекает. Большинство действующих работников чуть ли не пенсионного возраста. Все они начинали вместе с Иваном 30 лет назад.

Но не только кадровый дефицит тянет на дно развитие сельскохозяйственного сектора. Отсутствие финансовой возможности приобретать новую технику — фактор, который сильно отягощает жизнь фермерам.

«Я завидую тем людям, которые говорят с великих трибун, что у нас всё хорошо. Наверное, через годик-два ситуация станет критической. Надо реально говорить, что все финансы аграриев уходят на покупку запчастей, удобрений и средств защиты растений. Всё подорожало очень сильно».

Многие запчасти подскочили в цене больше чем вдвое. Например, насос на один из комбайнов, который несколько лет назад стоил 20 тысяч, сейчас не купишь дешевле 40 тысяч.

«Пять или шесть лет назад я покупал трактор К-700 за 9 миллионов, сейчас он стоит 18 миллионов. Цена зарубежной техники доходит до 35 миллионов и выше. Вся та база, которая у нас есть, — она приобреталась в течение долгих лет. Есть комбайны, которым по 15 или 20 лет. Ее нужно обновлять, ремонтировать. Но это всё деньги, и немалые».

По словам фермера, сейчас нереально обновить или починить весь парк техники за раз.

«Предпосылки к приближающемуся закрытию фермерств есть. Моё хозяйство не мощное, не крепкое, и я реально понимаю, что при таком отношении мне осталось жить года два. 32 года я проработал и землю люблю, но обстоятельства не позволят».

Еще 10 лет назад аграрии начали получать несвязанную поддержку на гектар земли от государства. Сейчас ее привязали к покупке удобрений и к гектарам оформленной земли. Их нужно подтверждать специальными паспортами.

«Если площадь по паспортам на землю была меньше, чем указанная по статистике, снижали сумму субсидии. Если в прошлом году вы не купил удобрения, то автоматически не получишь несвязанную поддержку. Всё сделано так, чтобы ничего нам не дать».

Бригерт рассказал, что два года назад такую поддержку получали 1100 хозяйств, сейчас — 180. Государство начало выделять по тысячи или две за реализованное зерно — если в прошлом году страховали урожай, то две тысячи рублей за тонну, если нет, то тысячу.

«Правда, никто этих денег не видел. Максимум дают 500–700 рублей. Минсельхоз России выделяет определенную сумму на Омскую область и потом ее делят на то количество хозяйств, которые прошли отбор. Если разобраться, то это наши же деньги, с наших пошлин, которые частично возвращают обратно», — поясняет Бригерт.

Председатель сельскохозяйственного производственного кооператива Дмитрий Субботин также отметил, что окупить новую технику не так легко: «Расчет окупаемости закладывается в начале года, ее можно вычислить, занизив стоимость реализации, но даже здесь есть вероятность не попасть в цену зерна, которая будет. Самая большая сложность — непредсказуемость цен на рынке. Некоторые фермеры уже начинают говорить, что стоимость на определенные культуры будет ниже, нежели в предыдущий год».

Он также подчеркнул, что повышенные ставки по кредитам и лизингам ситуацию ничуть не упрощают.

Выжить только на растениеводстве достаточно сложно. Более рабочая схема, когда параллельно растениеводству есть животноводство.

«Зерно — сезонный товар, который полгода растет, и только потом продается. От молока есть ежедневный доход. Помимо этого, если тебе не удалось продать зерно по оптимальной цене, его можно скормить».

Куда реальнее заработать на животноводстве, рассказывает Субботин. По его словам, некоторые хозяйства хотят вернуть скот: «Сейчас стоимость молока на рынке достаточно интересная для того, чтобы заниматься именно этим направлением».

Что до тенденции к подорожанию молочно-мясной продукции, то она есть. Субботин не смог назвать точную причину роста цен: «Кто-то говорит, что это связано с увеличением спроса. Другая версия — сокращение хозяйств, из-за чего спрос превышает предложение, которое есть».

Чем ближе весна и осень — основное время работы для фермеров, тем больше потребность в людях.

«Работники возвращаются, основные позиции закрыты, не хватает только узконаправленных специалистов. Некоторые приходят к нам от тех фермеров, которые не платят своим работникам. Поэтому они переходят в те хозяйства, где готовы платить круглогодично. Если описывать всю нашу деятельность, то можно сказать только одно: для того чтобы держаться на плаву, нужно работать и достигать поставленных результатов», — заключил Субботин.

Основываясь на данных с сайта Zerno.ru, можно проанализировать, какая ситуация сложилась после уборочной кампании 2024 года. По их информации, не все регионы отчитываются по сбору урожая. Поэтому будем рассматривать те значения, которые есть в открытых источниках.

Всего, по сообщению Росстата, урожай зерна в России составил 129,8 млн тонн. Это меньше, чем в 2023-м, — тогда собрали около 143 млн тонн.

Так, среди регионов СФО Омская область заняла второе место по сбору зерновых и зернобобовых культур. Мы уступили лишь Алтайскому краю, где собрали 6 тысяч тонн зерновых.

Если анализировать ситуацию в других округах России, то выделяются следующие лидеры (в тысячах тонн):

• Центральный федеральный округ — Курская область — 4200;

• Северо-Западный федеральный округ — Калининградская область — 757;

• Южный федеральный округ — Краснодарский край — 13800;

• Северо-Кавказский федеральный округ — Ставропольский край — 7900;

• Приволжский федеральный округ — Саратовская область — 4300;

• Уральский федеральный округ — Челябинская область — 2108;

• Сибирский федеральный округ — Алтайский край — 6000;

• Дальневосточный федеральный округ — Амурская область — 370.

Среди всех регионов России Омская область заняла восьмое место по сбору зерновых культур.

Стоит отметить, что о кадровом дефиците в сельскохозяйственной отрасли говорят и в региональном министерстве. Так, по сообщению Минсельхоза, потребность в сотрудниках у предприятий АПК составляет 2332 человека, а в перспективе будут необходимы 2700 специалистов.