«Если за день никто не погиб, значит, пронесло». Жительница Белгорода сбежала в Краснодар с детьми из-за постоянных обстрелов

«Раньше мы высчитывали время обстрелов. Сначала систематически было в 8 утра, 12 дня и около 16–17 часов. Потом всё изменилось, мы уже не могли заранее предугадать, когда бежать прятаться. Когда мой муж звонил мне из укрытия, в котором находится 15 человек, я поняла, что это всё, я так больше не могу», — рассказывает Виктория. Женщине 29 лет, у нее двое детей, младшей дочке — нет и года. Всю жизнь она прожила в Белгороде, но в конце марта вместе с детьми приняла решение срочно ехать в Краснодар. Жить с воем сирен, предупреждающих о ракетной опасности, и постоянными обстрелами стало невозможно. О том, что происходило в Белгороде в последнее время и как Виктория живет сейчас в Краснодаре — она рассказала порталу 93.RU. «Бежала спасать сына в нижнем белье» Белгород находится в 12 часах езды или в 970 километрах от Краснодара, но куда ближе он к границе с Украиной. Из-за специальной военной операции, как сказал губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков, люди живут «в прифронтовых условиях». У 29-летней Виктории с Белгородом связана вся жизнь. Здесь она выросла, здесь живет ее мама и младшая сестра, здесь вышла замуж и родила своего первенца Тимофея, которому сейчас девять лет. Второй раз женщина стала мамой уже во время спецоперации. Дочка Ульяна родилась 20 апреля 2023 года. — Тогда еще не была такая критическая ситуация, но уже было такое, что в роддоме свет отключали, приходилось задействовать генераторы, чтобы по несколько часов в день свет всё же был. У нас всё тогда еще работало, — вспоминает Виктория. Но всё изменилось 30 декабря 2023-го. Женщина вспоминает, что это был первый такой массивный удар. В тот день в центре города из-за атаки двумя ракетами и реактивными снарядами погибли 25 человек, еще 109 жителей пострадали. В Минобороны РФ рассказали, что, если бы система ПВО не перехватила ракеты, «последствия были бы неизмеримо более тяжелыми». — С детьми у меня нет права показать, что мне страшно. Когда были не сильные обстрелы, говорила им, что это шум сверху или стройка. А вот 30 декабря весь город слышал гул и звуки взрывов. Мой сын тогда находился на улице. В этот момент я как была в нижнем белье, так и выбежала в мороз на улицу с маленькой дочкой на руках. Увидела сына — стоит у подъезда, смотрит по сторонам растерянный, не знает, что делать. Я быстро взяла его и его друга, и в дом. Когда взрывается ракета в небе, осколки могут разлететься по всему городу. Ты никогда не знаешь, куда он прилетит. Маленький осколок в голову и всё, — рассказывает женщина. «Люди работают под обстрелами» Виктории повезло, за это время среди ее родных не было пострадавших и погибших во время прилетов. Но истории о раненых поступают постоянно. — Люди работают под обстрелами. Когда в марте были массивные атаки — люди не выходили на работу, кто-то брал отгул за свой счет, кто-то больничный, а кому-то работодатель разрешал. Но после недели — всем сказали выйти, и не важно, что происходит на улице. Если не хотите работать — увольняйтесь, — продолжает белгородка. Практически ежедневно с начала марта в Белгородской области включают сирены ракетной опасности. На улицах появились десятки укрытий. По данным губернатора Белгородской области Вячеслава Гладкова, за две недели — с 9 по 23 марта из-за обстрелов погибли 24 мирных жителя, в том числе два ребенка. Еще 152 — пострадали, включая 11 детей. Из последнего — 7 апреля осколки БПЛА попали в автомобиль, где ехала семья, погибла девушка, пять человек ранены. Напомним, что 19 марта стало известно, что из Белгородской области эвакуируют около девяти тысяч детей. В санатории Анапы и Ейска отправлено почти 500 детей-спортсменов. — Мы уже наловчились. Сейчас РСЧС за несколько минут или секунд до прилета сообщают об опасности. Люди, которые находятся на улице — бегут в укрытия, их понаставили по городу, бетонные белые коробки. Те, кто на работе — спускаются в подвал. Если вы дома — то нужно идти к несущим стенам в коридор, ванную. И начинается жесть. Могут сбивать по 10–15 «целей». Это всё летит, земля содрогается, ты можешь сидеть в ванной и слышать, как в зале у тебя выбило все стекла. «У нас обстрел, а Москва гуляет» Наша героиня часто получают сообщения в соцсетях, что белгородцы «вечно ноют». Вику это сильно обижает, потому что единственное, по ее словам, что хотят жители — это чтобы на федеральном уровне их ситуацию не замалчивали. — Белгородцев очень обидел момент, когда у нас был обстрел с погибшими людьми, а на следующий день Москва отмечала Масленицу. По Белгороду ни разу никто не объявил траур за два года, хотя у нас постоянно погибают люди. Единственное, чего мы добивались, — чтобы о нас хотя бы начали говорить. Смотрите, мы здесь, у нас обстрелы, и мы живем с вами в одной стране! Вика отмечает, что губернатор региона — Гладков «за своих людей готов порвать» и делает всё, чтобы люди не чувствовали себя брошенными. — Он за нас заступился, когда по телевизору Соловьев говорил, что мы побираемся, — в слезах говорит Виктория. «Мы уже не могли выйти на улицу» 29-летняя Вика — таролог, она работает онлайн и не привязана к конкретному месту, а вот ее 32-летний муж Олег — футбольный тренер. Мама женщины — более 20 лет работает на птицефабрике. Во многом именно работа держала семью, как и многих других, так долго в городе, где не прекращаются обстрелы. — Как говорится, человек такое существо, что ко всему привыкает. И мы тоже, естественно, привыкали к этому, надеялись на то, что ситуация поменяется в ближайшее время. Мы терпели. Потому что у нас ипотека. У нас работа. Каникулы кредитные нам никто не дает. На что-то нужно было жить. На что-то уезжать. Это только кажется, что так легко всё бросить и уехать, — делится Вика. Терпение женщины кончилось в конце марта. — Последней каплей стало то, что кругом весна, а мы не можем выйти на улицу с детьми. Раньше мы высчитывали время обстрелов. Сначала систематически было в 8 утра, 12 дня и около 16–17 часов. Потом всё изменилось. Мы уже не могли заранее предугадать, когда бежать прятаться. Когда мой муж звонил мне из укрытия, в котором находится 15 человек, я поняла, что это всё — я больше не могу это терпеть. Если во время очередного обстрела кто-то получил ранения, ссадины или контузию, но нет погибших, то мы уже считали, что пронесло, не такой и плохой день. Вот чтобы я так не считала — мы и решили уехать. Спустя чуть больше недели после отъезда Вики с детьми из Белгорода рядом с их домом был прилет. В квартире выбило окна. «Первое время боялись салютов» 20 апреля исполнится месяц, как Вика вместе с детьми сбежала в Краснодар. Ее муж Олег отвез их и сам вернулся в Белгород, чтобы работать и кормить семью. Благодаря друзьям и родным они смогли за два дня найти в Краснодаре съемную квартиру. — Мы приехали почти ни с чем, с тремя сумками. Из самого громоздкого — везли с собой коляску. Сейчас всё докупаем, вплоть до вилок и посуды. Ехали с пересадкой на поездах, сначала от Белгорода до Россоши (Воронежская область), а затем уже на Краснодар. Как только Вика в своих соцсетях написала, что она вместе с детьми переехала в Краснодар, ей в комментариях посыпались десятки сообщений в духе «а что, других городов не было?», «Краснодар не резиновый» и «вам тут не рады». — Я два дня ревела из-за этого. Я уже собиралась уезжать из Краснодара, но подруга, которая еще год назад переехала сюда из Белгорода, меня успокоила, сказала, что когда лично встретишься с людьми здесь — увидишь, что добрых, отзывчивых больше. Старший ребенок Вики — 9-летний Тимофей почти все два года учебы в школе провел на дистанционке, только несколько месяцев за это время он садился за парту. Детство в нескольких километрах от фронта — совсем не то, о чем мечтала молодая мама, когда думала о будущем своих детей. Сейчас Тимофей вместе с мамой в Краснодаре, но Вика не знает, как быть с его учебой. Без прописки попасть в школу Краснодара практически невозможно. В разговоре с журналисткой 93.RU Вика призналась, что первое время было тяжело привыкнуть к городу, но она рада, что получилось выехать. — Первые три дня, когда мы сюда переехали, в соседнем дворе постоянно запускали салюты. Я со своим сыном приседала от страха! Подруга приехала, начала меня утешать, я и ржу, и плакать хочется. Это уже непроизвольная привычка. А через несколько дней была похожая история, но я даже не заметила. Психика начала восстанавливаться, я смогла хоть немного выдохнуть. Надо жить дальше, других вариантов у нас нет. Ранее наши коллеги, журналисты «Фонтанки», побывали в Белгороде и сделали цикл материалов о жизни местных. Первый репортаж об обстановке в городе, где постоянные обстрелы стали привычными. Второй — о том, как живут в ПВР и гостиницах люди, вынужденные покинуть свои дома из-за обстрелов. Третий — о том, как бесконечные обстрелы изменили белгородцев.