Пламя до небес, славянская дискотека и ритуал в лесу: что еще было на Солнцестоянии в Окунево

Когда наступает самый длинный день в году, а ночь еле успевает сгустить сумерки, деревня Окунево ненадолго становится самым людным поселением Омской области. Сюда съезжаются сотни, если не тысячи любителей этники, красивых природных видов и атмосферы неподдельной старины. Как в деревне отпраздновали Солнцестояние, рассказывают корреспондент Тамара Башаева и фотограф NGS55.RU Евгений Софийчук.

О деревне Окунево ходит множество легенд, но все они сходятся в одном: здесь находится место силы, где каждый начинает ощущать нечто особенное, необъяснимое. Даже не будь фестиваля, у приезжих захватывало бы дух от величия природы — обрывистых берегов реки Тары, густого запаха хвои в сосновом бору, теплоты песка под босыми ногами.

Чтобы найти за деревней поляну, на которой проходят основные события фестиваля, не нужно обладать даром разведчика или иметь при себе карту — гулкий звук бубна и песнопения ветер разносит достаточно далеко.

Чуть поодаль от эпицентра событий палаточный городок: там вьется дым сотен костров, жарится мясо и сочные овощи, греется настоящий самовар, над бревном мечется в воздухе топорище, а люди обустраивают небольшую обитель с таким тщанием, будто собираются жить здесь не два дня, а по меньшей мере два года. Впрочем, насыщенность этих двух дней такова, что впечатлений хватит надолго. Но обо всём по порядку.

Когда мы приехали, лил дождь. Лил знатно, с молниями и ветром. Люди шутили: «это Перун нас привечает». В магазине возле остановки вмиг разобрали все дождевики, которые позже сушились на веревках по всему лагерю в ожидании нового визита бога-громовержца. Песочную дорогу развезло, и городская обувь стала бесполезна.

Кто был организованнее, взял с собой резиновые сапоги, многие же просто ходили босиком. Ступать по влажной траве было прохладно, а вот по дорожкам — в самый раз. Нечасто удается ощутить такое единение с природой и пройти голыми ногами через леса и поляны.

Были те, кто приехал на фестиваль загодя: успел искупаться, позагорать, развесить гирлянды, расставить столы с яствами, сплавать на лодке, надышаться тишиной и налюбоваться пейзажами с крутого берега реки.

Солнцестояние планировалось отмечать в ночь с субботы на воскресенье, но вечером пятницы в Окунево было битком: многие приезжали на автомобилях, искали место для парковки и кэмпинга, некоторые прибыли на маршрутке и несли в лес большие рюкзаки с палатками и всем необходимым, а кто-то снял комфортный домик неподалеку от поляны.

Даже глубоко в лесу, где нет сувенирных лавок и тематических украшений, становилось ясно, что это непростой туристический слет: слишком много платьев, ярких штанов, узорчатых повязок для волос, венков и других атрибутов праздника было на отдыхающих.

Хотя фестиваль заявлялся, как безалкогольное мероприятие, на столах виднелись бутылки вина, пива и более уместной здесь медовухи. Правда, на территории проведения самого фестиваля всё это купить нельзя — прозорливые гости праздника принесли всё с собой. Если бы еще все честно доносили мусор до контейнеров, расставленных по всему периметру площадки. Но периодически пустые бутылки обнаруживались то здесь, то там.

Тем не менее градус отдыха нельзя было назвать повышенным: в воздухе царила атмосфера размеренности, умиротворенности и немного — ожидания чуда. Как будто именно за этим все сюда и приехали, будто и не прошло тысяч лет и в темных сибирских лесах живет язычество, а боги смотрят на людей через хмурые дождевые облака и пышные сосновые ветви.

Когда совсем стемнело, на сцену вышел диджей и замиксовал народные мотивы с современным битом. Народу такая дискотека пришлась по вкусу, и все пустились в пляс. Хороводы под такие треки не поводишь, а вот какой-нибудь шаманский танец будет вполне.

Сложно судить, насколько уместна такая современная трактовка древнего праздника, наверное, здесь нужно исходить из того, кто зачем приехал. Танцующих было немало, значит, людям понравилось. Кто хотел побыть в тишине, удалялись подальше от сцены и проводили время компаниями.

По периметру поляны торговля шла вовсю, и с наступлением ночи продавцы не спешили сворачивать лавки: над витринами зажглись огни, добавляя товарам привлекательности: глиняная посуда, загадочные музыкальные инструменты, наряды, свечи, серьги и кольца, игрушки и обереги — всё это пестрое многообразие дополняло атмосферу праздника.

И, конечно же, еда. Если в деревенской столовой меню хоть и выглядело аппетитно, но было полностью вегетарианским, то на фудкорте продавались сочные шашлыки, без которых многие не представляют отдых на природе. Гомон стал тише за полночь, люди разбрелись по жилищам в предвкушении длинной субботы.

Суббота встретила солнцем, слепым дождиком и обилием машин, которые к полудню забили все обочины, ведущие к фестивальной поляне. Люди «дежурили» у сцены поочередно, поскольку у реки, в лагере, да и на улицах самой деревни тоже хватало гуляк, а собрать их в одном месте казалось невыполнимой задачей: полянка-то не резиновая.

Днем под большой сосной у сцены проводились разные активности типа боя мешками, а вдалеке от гуляний, на берегу реки начали строить бревна для царь-костра, народ набрал растительности для плетения венков. Спросом пользовались травы, цветы и ветви березы.

За час до заката люди на поляне собрались в огромный хоровод. После двух-трех кругов стало понятно, что нам повезло с погодой — мало того, что обещанный вечерний дождь обошел Окунево стороной, так еще и прохлада позволяла водить круги активнее, чтоб разогреться.

Вечером молодая пара сыграла свадьбу в народном стиле. Жених прорывался к любимой через круг плотно схватившихся друг другу за плечи мужчин, а невеста тем временем укрывалась в кругу женщин, которые на все голоса напевали слова «ой, хорошо-то как, как хорошо!»

Когда молодые нашли друг друга, их руки соединили красной лентой и поженили. По словам друзей пары, в скором времени ребята планируют стать мужем и женой официально, но возможность пройти вместе такой ритуал ничто не заменит, это впечатления и память на всю жизнь.

В 10 вечера начался ритуал добывания живого огня. Бревно крутили с помощью толстого каната больше 20 минут, прежде чем его основание задымилось и дало пламя. С «добычей» все отправились в лес, для нового ритуала. На этом этапе праздника по ощущениям возникла главная заминка: люди не знали, что будет в лесу и не рассчитывали провести там много времени. Однако, священнодейство заняло два часа, в течение которых множество зрителей разошлись по палаткам и домикам и уже не вернулись.

Ближе к часу ночи вся процессия двинулась освящать дома в деревне и в итоге вышла к берегу реки, где просили огня толстенные бревна, сложенные по форме конуса, вершина которого вонзалась в прозрачное ночное небо.

Те, кто ждал костра на берегу и не пошел в лес, негодовали: всё же у реки было значительно холоднее, да и бревна занялись не сразу, их пришлось подбодрить керосином. Чтобы хоть как-то поднять себе настроение, испорченное долгим ожиданием, народ шутил:

— А у древних славян разве был керосин?

— Ну да, только у них был древний керосин.

Пламя вспыхнуло неожиданно и все резко отпрянули назад.

Ветер разносил с огненного конуса искры и раскаленные хлопья пепла. Народ ликовал, протягивал к костру руки, кружился в хороводах и пел песни. Жар огня щипал лицо и руки, запах дыма пропитывал одежду и волосы. Кто наплясался, рассаживались возле огня и смотрели на него, как завороженные. Поляну наполняло звучание бубнов.

Глубокой ночью в реку скатили горящее колесо, символизирующее солнце, а для желающих прыгнуть через огонь огромными граблями отделили кучу пылающих углей от общего костровища. Прыгунов было немало, но всё обошлось. В радостном экстазе люди выкрикивали: «Слава Роду!», «Слава Перуну!», «Слава Макоши!» — и летели через пламя.

Так мы и встретили рассвет у догорающего костра посереди поля. В какой-то момент небо озарилось красным, взяв себе оттенок ритуального огня. Окунево погрузилось в тишину. После ночных гуляний все разошлись отдыхать, чтобы встретить новый, но уже чуть более короткий день.