«Это абсурд». На мать пятерых детей из Челябинска завели уголовное дело за обрезку сирени

Многодетная мать из Челябинска Марина Кутлева весной навела порядок рядом с домом своих бабушки и дедушки — убрала мусор и проредила кусты сирени. А осенью внезапно стала фигурантом уголовного дела. Теперь она вынуждена ходить на допросы и нанимать адвоката. Причем та самая сирень, уничтожение которой ей вменяют, продолжает расти. Наши коллеги из 74.RU разбирают, почему обычный субботник закончился разбирательством в полиции, какая обрезка расценивается как порча городского имущества, и кому грозит уголовная ответственность за повреждение деревьев и кустов.

Марина Кутлева до сих пор не может понять, как из добровольной помощницы превратилась чуть ли не в отпетого уголовника.

Все началось в апреле. Марина навещала бабушку с дедушкой. Они пожаловались на запущенный уголок с зарослями сирени перед окнами.

«Эту сирень ещё дед садил, когда дом строили. А заселили его в 70-х годах прошлого века. Раньше жильцы сами следили за территорией, ухаживали за кустарниками и деревьями. Со временем всё стало зарастать, загущаться, цветение переместилось на верхушки, было много сухих веток. Дневной свет в квартиру почти не попадал, а заросли под окнами прохожие использовали как общественный туалет, — говорит Марина Кутлева. — Конечно, неспокойно пожилым людям, когда под окнами такое развели. Плюс комаров много, когда всё буйным цветом кустится».

Внучка — женщина инициативная, легкая на подъем — решила к 9 Мая облагородить придомовую территорию. Уверяет, что действовала из лучших побуждений — хотела помочь родным, чтобы они могли спокойно и комфортно жить.

На субботник они вышли вдвоём — вместе со старшей по дому Татьяной Бирюковой.

«Знаете, сколько там стекла, бутылок, шприцов выгребли из кустов! Собрали несколько мешков мусора, обрезали сухие ветки загущенной сирени. Это же вечно разрастающийся, неубиваемый кустарник. У меня не было ни злого умысла, ни каких-то намерений уничтожить сирень. Цель одна — облагородить кусты и поддерживать их в формировании и дальнейшем цветении», — указала Марина Кутлева.

Но самое главное, на что обратила внимание героиня нашего материала, — сирень и сейчас растет, никуда она не делась.

Тревожный звоночек прозвучал еще весной, в тот момент, когда Марина собирала листву и убирала сухостой. Но тогда она не придала этому значения.

«Подошла недовольная соседка, начала ругаться. Я пыталась объяснить, что после санитарной обрезки пойдут молодые побеги и кусты будут цвести. Но она заявила, что в собственном саду ничего не стрижет и здесь не хочет, — вспомнила Марина. — Больше ни у кого из соседей претензий не было. Все довольны благоустройством, благодарили за наведенный порядок, за то, что теперь приятнее смотреть из окон, особенно жителям первых этажей».

Марина Кутлева по профессии мастер-керамист, занималась преподаванием, вела уроки по лепке из глины для школьников. Она — мама пятерых детей. Старшей дочери 28 лет, младшей — 9 лет. Сейчас Марина не работает, так как занимается уходом за ребенком с инвалидностью.

Видно, что человек она непубличный, ей непривычно говорить о себе. Например, о том, что активно участвует в работе организации многодетных семей «Много нас», награждена знаком отличия Челябинской области «Материнская слава» III степени и медалью «За содействие СВО» за помощь в сборах гуманитарных грузов.

А в конце августа Марину вызвали в полицию. Сначала опросили как свидетеля, а потом посоветовали искать адвоката. Оказалось, на женщину завели уголовное дело за вырубку кустарника. В уведомлении, полученном от дознавателя, говорится, что городское управление экологии и природопользования заявило материальный ущерб на 11,1 тысячи рублей.

«Ну, что мы какие-то рецидивисты, уголовники со злым умыслом? И откуда взялся ущерб, если кусты живые, сирень продолжает расти? — недоумевает женщина. — За что меня будут судить? За то, что кустарники через пару лет наберут силу и будут полноценно цвести?».

Сирень под окнами пятиэтажки разрослась давно, подтвердила старшая по дому Татьяна Бирюкова.

«Ветки склонялись над тротуаром и мешали проходу. Большие старые кусты до конца не вырезали. Часть оставили, все срезы замазали, как положено. Я отнесла в ЖЭК письмо с просьбой, чтобы вывезли ветки. Приложила фото „до“ и „после“. Нам сказали — хорошо, что прибрались. А получилось, что кому-то [показалось] нехорошо», — удивилась Татьяна Бирюкова.

Старшая по дому призналась, что такого «итога» благоустройства, конечно, не ожидала. Она напомнила, что изначально посадки вокруг дома делали первые жители.

«Всем коллективом [жильцов] выходили и сажали кустарники. Всё это нашими руками [сделано]. Сейчас мы за ними ухаживаем, и нас же за это… [наказывают]», — удивилась абсурдности ситуации Татьяна Бирюкова.

Мы съездили на место и проверили, как сейчас обстоят дела с сиренью. Взору предстали сразу несколько высоких кустов, растущих с внешней стороны дома. Где-то они повыше и погуще, где-то пониже и пожиже. Но никакой голой земли или «выжженной пустыни» в помине нет. Между домом, спрятанным в глубине квартала, и тротуаром — обычный зеленый уголок.

Пока мы фотографировали злополучные кустарники, подошла пожилая соседка. По словам Людмилы Земской, дому в октябре будет 50 лет. Она, как и бабушка с дедушкой Марины, живет тут с первого дня. Раньше все вместе работали в трубном институте, эта организация, по ее словам, и строила дом.

«Это позор какой-то, что устроили [с Мариной], просто безобразие. Я сколько живу, такого не встречала! — горячится жительница дома Людмила Земская, узнав, по какому поводу мы приехали. — Этот угол был забыт, заброшен. Как они жили в темнотище-то? Днем свет горел постоянно. Дедушке под 90, когда уж совсем перестал видеть, попросил [внучку]. Помог человек — пятидесятилетние заросли освободила. Это же такое „преступление“!».

Пожилая женщина до сих пор не может понять, как обычное наведение порядка рядом с домом вылилось в разбирательства с полицией и уголовное дело.

«Слов не нахожу, как я возмущена. Сколько раз пыталась ее [соседку — автора жалобы] увидеть. Чисто по-человечески хотела с ней поговорить. Ну, как так можно было [поступить]?», — переживает Людмила Земская. — Если что, скажите, куда идти заступаться [за Марину]?».

Редакция 74.RU запросила комментарий по ситуации в городском управлении МВД. Там сообщили, что проверку проводил отдел дознания полиции «Советский».

«Возбуждено и расследуется уголовное дело по статье 260 УК РФ по факту спила кустарников. Проводятся необходимые следственные действия, направленные на сбор и закрепление доказательственной базы. Установлена и допрошена в качестве подозреваемой местная жительница», — рассказали 74.RU в управлении МВД по Челябинску.

Во многих дворах бывают споры между соседями, добавили в полиции. Одной соседке деревья и кустарники мешают — закрывают свет в окне. Другая, наоборот, ходит, любуется ими и поливает каждый день. Все обстоятельства выясняются в ходе расследования, оно еще продолжается.

С вопросами, в чем все-таки заключается ущерб, если сирень продолжает расти, и как именно он рассчитывался, мы обратились в мэрию.

Представители управления экологии и природопользования напомнили, что в Челябинске действуют «Правила охраны и содержания зеленых насаждений», которые устанавливают единые и обязательные к исполнению требования. Так, на территории города запрещается производить несанкционированный снос (пересадку), омолаживающую обрезку зеленых насаждений без соответствующего разрешения.

«Обследование территории у дома № 17в по улице Воровского проводилось специалистами МКУ „Административно-техническая инспекция“ в связи с заявлением граждан, поступившим в прокуратуру Советского района. В ходе обследования зафиксирован факт сноса 9 деревьев и 5 кустарников на придомовой территории. Разрешение на снос (пересадку) зеленых насаждений по этому адресу не выдавалось, — сообщили 74.RU в городском управлении экологии и природопользования. — Документы и фотоматериалы, подтверждающие нарушение „Правил охраны и содержания зеленых насаждений в городе Челябинске“, направлены в прокуратуру Советского района города Челябинска для проведения дальнейшего расследования и принятия мер».

Интересно, что в сносе девяти деревьев Марину Кутлеву не обвиняют, ей предъявили претензии лишь по пяти кустарникам. По словам старшей по дому Татьяны Бирюковой, обрезка деревьев была, но не здесь, а с другой стороны дома — во дворе, и проводила ее в конце апреля управляющая компания.

«У нас по всему району тогда обрезали тополя. Потом, после майских праздников, уже все вывозили — и наши ветки, и деревья со двора», — уточнила Татьяна Бирюкова.

Как именно рассчитан предполагаемый ущерб, в управлении экологии и природопользования не уточнили.

В настоящий момент все кусты сирени, рубку которых вменяют челябинке, являются цветущими, дающими дополнительную поросль, отметил адвокат Александр Борткевич, представляющий интересы Марины Кутлевой.

«Закон предусматривает ответственность в случае умышленных действий, направленных на незаконную рубку, а равно повреждение до степени прекращения роста лесных насаждений или не отнесенных к лесным насаждениям деревьев, кустарников, лиан. В этом случае мы говорим о кустах сирени. А здесь нет ни умысла, ни собственно уничтожения, то есть состава преступления нет, — отметил Александр Борткевич. — В постановлении Пленума Верховного суда РФ от 18 октября 2012 г. № 21 „О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования“ в пункте 22 прямо указано: неважно, какой размер ущерба причинен, если дерево или куст не умерли, а продолжают расти, то состава уголовного преступления также нет».

Представитель Марины Кутлевой также не согласен с расчетом стоимости сирени.

«За основу взята береза с диаметром ствола 20 см, которая по характеру и степени не равноценна кустарнику. Кроме того, ранее в СМИ звучала стоимость вырубленного кизильника — 458 рублей за куст. Цена одного куста сирени, приобретаемого в питомниках, варьируется от 300 до 600 рублей, что может исключить уголовно-наказуемое деяние как таковое. А сирень обыкновенная вообще продается по 200 рублей за куст», — заявил Александр Борткевич.

Юрист считает, что необходимо провести экспертизу, которая установит, был ли вред кустарникам, если да, вследствие чего он наступил, причинно-следственную связь между действиями его подзащитной и последствиями для кустарников, определить вид сирени и установить ее рыночную стоимость. Но в полиции, по его словам, отказали в назначении такой экспертизы.

«Все понимают, что вроде абсурд какой-то получается, но прекратить уголовное преследование не хотят», — подчеркнул Александр Борткевич.

Мы спросили независимых юристов, насколько законно привлечение к уголовной ответственности за обрезку сирени во дворе, как измерить ущерб, если кустарник продолжает расти и насколько распространена в России такая практика.

«Статья 260 Уголовного кодекса РФ может применяться и к кустарникам, однако для уголовной ответственности важно установить характер вмешательства и его последствия. Если сирень после обрезки продолжает нормально расти, это может ставить под сомнение вывод о повреждении до степени прекращения роста», — отметил управляющий партнер «ВМ-Право и Консалтинг» Владимир Чувашов.

По словам юриста, ущерб в 11,1 тысячи рублей может быть рассчитан по установленным таксам, но сам по себе такой расчет еще не снимает вопрос о фактическом вреде растению и правильности квалификации.

«Подобные дела встречаются, однако уголовное преследование именно в связи с уборкой двора и обрезкой сирени выглядит нетипично. Поэтому многое будет зависеть от того, что именно было срезано, в каком объеме и к каким последствиям это реально привело», — резюмировал Владимир Чувашов.

«Если сирень после обрезки продолжает расти, то формально состава „повреждение до степени прекращения роста“ нет. Тогда ключевой вопрос — была ли это именно рубка (удаление стволов/ветвей без разрешения) и правильно ли посчитан ущерб», — указал управляющий партнер юридической компании ЭНСО Алексей Головченко.

По словам юристов, практика привлечения за обрезку кустов во дворах существует, но массовым явлением это не стало. При небольших суммах ущерба дела часто переквалифицируют в административные или прекращают за малозначительностью. Более того, в 2026 году на это прямо указывал Верховный Суд РФ.