Остров людоедов: как в Советском Союзе произошла одна из страшнейших трагедий — скончались тысячи человек

Трагедия на острове Назино в Томской области произошла 90 лет назад, в 1933 году. За несколько месяцев, с мая по август, в поселении, куда ссылали жителей СССР из Москвы и Ленинградской области, погибли тысячи человек. Люди столкнулись с голодом, жуткими условиями и жестокостью. Корреспондент NGS.RU поговорила с историком и профессором НГУ Сергеем Красильниковым о том, почему и как случилась страшная трагедия. В феврале ученые выпустили книгу «Спец(труд)поселения Западной Сибири в 1933 г.: повседневность комендатур, назинская трагедия». Труд подготовили сотрудники Института истории СО РАН Сергей Александрович Красильников и Ольга Вячеславовна Филиппенко при участии Государственного архива Новосибирской области. Как появился план выслать рецидивистов в Сибирь К 1933 году по СССР прокатились уже две волны депортации крестьян в комендатуры Сибири и Казахстана, в 1930 и в 1931 году. Но проблема, по мнению правительства, не была решена. Крестьяне продолжали миллионами бежать в города, где искали работу. Страну охватили массовые эпидемии, которые сочетались с голодом, унесшим в 1932–1933 годах, по современным подсчетам демографов, не менее 7–8 миллионов человеческих жизней. Ситуацию пытались спасти паспортной реформой для городского населения, которая отделила бы приезжих крестьян и сделала их пребывание в городах незаконным. Последовавшие после реформы аресты привели к переполненным тюрьмам. В феврале 1933-го заместитель председателя ОГПУ (Объединенное государственное политическое управление) Генрих Ягода предложил Сталину и Молотову очередную широкомасштабную «зачистку», которая должна была избавить Москву, Ленинградскую область и приграничные территории от крестьян без паспортов, маргинальных личностей и «кулаков». Всего Генрих Ягода предлагал выслать в отдаленные районы страны 2 миллиона человек. По миллиону в Западную Сибирь и в Северный Казахстан. — План операции, разработанный под руководством Ягоды, направили руководству страны 13 февраля 1933 года. Он занимал более десяти страниц текста с подробным перечислением технологии и требуемых ресурсов. Примечательно, что Молотов резко отреагировал на общую запрошенную сумму расходов (1 миллиард 394 миллиона рублей) резолюцией «Расходы грубо преувеличены», — рассказывает профессор НГУ Сергей Красильников. После прочтения плана Сталин предложил добавить в список ссыльных сидевших в тюрьмах рецидивистов. Решили поселить на острове После принятия плана в городах центральной части России милиционеры начали массовые облавы, которые стали принимать стихийный характер из-за цифр «сверху». На улицах и железнодорожных вокзалах забирали всех подряд, в том числе депортировали служащих, рабочих и коммунистов. Депортированных отправляли в Томск. Дорога из Москвы занимала не менее недели, а из южных городов эшелоны шли и по две недели. Из-за этого к моменту приезда в Сибирь многие уже болели и были ослаблены. — В пересыльных комендатурах оставляли только безнадежно больных, умирающих и инвалидов, неспособных ни к какой физической работе. В томской больнице Сиблага, куда из местной пересылки отправляли этих людей, за время операции скончалось до тысячи человек, — отмечает историк Сергей Красильников. К началу мая в Томске скопилась «пробка» из ссыльных. Руководство приняло решение отправить около 6 тысяч человек в сторону Александро-Ваховской комендатуры. Эту комендатуру выбрали не просто так. Она с 1931 года имела особый штрафной статус — туда отправлялись спецпереселенцы предыдущих высылок. — Готова ли была комендатура к приему такого контингента и в таком объеме? Нет, поскольку у работников комендатуры имелся опыт работы с крестьянами и их семьями, а здесь высылался практически противоположный крестьянству контингент. Известие о поступлении столь «нестандартного» элемента, да еще в таком количестве местные власти получили только в начале мая, когда места приема караванов не были подготовлены, — говорит ученый. В предыдущие волны депортации в комендатуру отправляли семейных крестьян за различные нарушения. Тут же должны были приехать одиночки с различным, чаще негативным, жизненным опытом. Многие ссыльные долгое время были на «городском дне». Среди спецпоселенцев оказались и женщины, некоторые — больные или беременные. Александровское районное руководство посчитало, что поселить ссыльных возле домов местных жителей невозможно. Власти настояли на высадке на небольшом речном острове рядом с поселком Назино. Спецпоселенцев направили туда двумя речными караванами — буксир вел за собой несколько барж, в трюмах которых размещались депортированные, примерно от тысячи до полутора тысяч человек в каждой. Медикаментов и продовольствия отправляющие оставили по минимуму. На речном острове Назинском (Назино) ссыльных высадили 18 и 26 мая. «Обледеневшие, они были способны только жечь костры» В первые две недели на острове был полный беспорядок, объясняет Сергей Красильников. Спецпоселенцы, по одному или в группах, начали борьбу за выживание. После двух недель островитян начали медленно расселять по создаваемым на берегу спецпоселкам. — За две недели нахождения на речном острове — с 20-х чисел мая до 6 июня — из 6 тысяч депортированных «островитян» погибло более тысячи человек, — отмечает историк. К июню местные прозвали Назино «островом смерти». И, хотя часть островитян расселили, ситуация не улучшилась. Охрану на острове несли 50–60 стрелков, которые сменяли друг друга. В один момент в спецпоселении было не больше 10 стрелков. Работники практически не вмешивались в происходящее. — В основном охраняли несколько палаток — с продовольствием, медикаментами и там, где лежали больные. Раздаче подлежала только мука, поскольку первую неделю на острове не было возможности печь хлеб. Незначительная по численности охрана занималась прежде всего защитой себя, запасов и больных, — рассказывает Сергей Красильников. Несколько раз островитяне пытались напасть на охранников. При этом самим стрелкам дали полномочия применять к спецпоселенцам любые меры, вплоть до расстрела. — Естественно, в сложившейся обстановке вседозволенность и ощущение безнаказанности становились обычной практикой поведения стрелков в отношении высланных, — объясняет историк. Охранники и рецидивисты меняли золотые коронки на табак. Отчаявшиеся островитяне начали прибегать к каннибализму. Как отмечает Сергей Красильников, людоедство не было массовым и сами ссыльные сдавали охране каннибалов. — В дальнейшем, когда речной остров был разгружен и высланных расселили по таежным участкам вдоль реки Назинской, работники комендатуры также зафиксировали несколько случаев людоедства. Краевая комиссия, обследовавшая комендатуру в сентябре 1933 года, зафиксировала, что сотрудники ОГПУ выявили 11 случаев людоедства, — рассказал профессор НГУ. Сейчас ученые могут изучать эту трагедию во многом благодаря письму инструктора Нарымского окружкома партии В. А. Величко. Инструктор побывал в спецпоселении в Назино летом 1933 года и решил написать Сталину и региональным партийным руководителям. Цитаты из письма приводит Хлевнюк в книге «Хозяин. Сталин и утверждение сталинской диктатуры». — Голодные, истощенные люди, без крова, не имея никаких инструментов и в главной своей массе трудовых навыков и тем более навыков организованной борьбы с трудностями, очутились в безвыходном положении. Обледеневшие, они были способны только жечь костры, сидеть, лежать, спать у огня, бродить по острову и есть гнилушки, кору, особенно мох и пр. Трудно сказать, была ли возможность делать что-либо другое, потому что трое суток никому никакого продовольствия не выдавалось. По острову пошли пожары, дым. Люди начали умирать. Они заживо сгорали у костров во время сна, умирали от истощения и холода, от ожогов и сырости, которая окружала людей… В первые сутки после солнечного дня бригада могильщиков смогла закопать только 295 трупов, неубранных оставив на второй день, — написал Величко. Письмо вызвало «нервную» реакцию у местного руководства и запустило расследование, которое подтвердило слова Величко. «Историческая визитная карточка системы» Считается, что назинская трагедия закончилась в августе 1933 года. После расследования комиссия решила, что в трагедии виновна прежде всего сиблаговская вертикаль — от лагерного начальника Горшкова и его помощника Долгих, начальника Томской пересылки Кузнецова и далее работников ведомства в Нарымском округе вплоть до руководства комендатурой и его подчиненных. — Большинство из них были сняты, отстранены от должностей, часть отдана под суд, хотя главный исполнитель депортаций в регионе, Долгих, ушел от наказания, отделавшись выговором по партийной линии, и затем еще вплоть до 1938 года работал начальником отдела трудовых поселений, — рассказал ученый. Почти 30 работников комендатуры привлекли к уголовной ответственности за избиения вплоть до убийства, расхищение продуктов, одежды, обуви, мародерство. Комиссия предоставила статистику смертей на сентябрь 1933 года. В Александро-Ваховскую комендатуру продолжали завоз высланных и после событий в Назино. За несколько месяцев туда поступило 10 тысяч человек. Две тысячи закоренелых рецидивистов отправили в сибирские лагеря. К сентябрю в месте расселения осталось лишь две тысячи человек, из которых только 10–15% могли выполнять физическую работу. Остальные оказались больными или слишком слабыми. — «Разрыв» в 6 тысяч человек — недостающих высланных — комендатура считала как умерших и числившихся в бегах. Число непосредственно погибших на самом острове работники комендатуры оценивали примерно в 1,5 тысячи человек. Имелось 30 общих могил с числом захоронений в каждой не менее 50 человек. Среди выживших комиссия обнаружила несколько десятков человек, случайно попавших в Москве в милицейские облавы, однако в основном сотни таких людей погибли на самом острове, — объяснил Сергей Красильников. Как считает историк, основная причина назинской трагедии кроется в самой природе сталинского режима: цель строить светлое будущее и новое общество оправдывала любые средства для ее достижения. — Логичной выступала задача — «очистить» страну от лишних слоев «бывших», «контрреволюционеров», «кулаков», «социально опасных и вредных элементов», но при этом не сразу «утилизировать», а по возможности эксплуатировать их труд в лагерях, колониях, спец(труд)поселениях, — добавил профессор. Режим оценивал людей так же, как природные ресурсы. Трудовой потенциал населения следовало планово, рационально распределять. Как отмечает ученый, страна, которая в начале прошлого века переживала эпоху войн и революций, «красного» и «белого» террора, пришла к партийному государству, сделавшему репрессии одним из фундаментов своего существования. Новое государство отправляло миллионы крестьян и городских жителей в места заключения и рождало и воспроизводило социальную маргинальность. — Это способствовало развитию (и укоренению, воспроизводству) преступности, криминальности среди населения, объективно вело к восприятию такого рода групп населения как «расходного материала». Назинская трагедия — это своего рода историческая визитная карточка системы, которая привела к расчеловечиванию миллионов людей, — подвел итог Сергей Красильников.