VPN за государственный счет — его тоже заблокируют? Зачем чиновникам сотни миллионов на «невидимый интернет»

Пока пользователи спорят о блокировках и обходах, государство медленно наращивает собственную цифровую инфраструктуру. И делает это, судя по цифрам, вполне серьезно: регионы России готовятся потратить около 300 миллионов рублей на закупку VPN-сервисов.

Уже и депутаты Госдумы возмутились. «Для чиновников — одни правила, для народа — другие». — Говорят в Госдуме и требуют от Минцифры обосновать «войну» с VPN в России. По словам депутатов, это «критически важный вопрос», который может затронуть миллионы граждан и парализовать целые отрасли экономики. Депутат Обухов указал на противоречие, когда власти открывают тендеры на закупку VPN для государственных учреждений, признавая их необходимость, в то время как гражданам отказывают в праве на использование этих технологий под предлогом «безопасности».

На первый взгляд, парадокс. Технология, которая в массовом сознании ассоциируется с обходом ограничений, оказывается востребована… самим государством. Но если копнуть глубже, становится ясно: речь идет совсем о другом VPN и о совсем других задачах. Подробности — в материале MSK1.RU.

Региональные власти с начала 2026 года запустили серию тендеров на закупку VPN-услуг. Формально — для нужд систем оповещения населения и работы государственных учреждений.

Технические требования у всех закупок практически одинаковые — пропускная способность канала более 100 Мбит/с. Это уже не бытовой уровень, а инфраструктурный масштаб. Лидерами по расходам являются Тюменская область (более 200 миллионов рублей), затем идут Мурманская, Саратовская и Свердловская, где готовы потратить более 10 миллионов. География госзакупок — от Башкирии до Калининграда, от Архангельска до Пермского края.

Иными словами, речь идет не о разовой инициативе, а о масштабной и синхронной цифровой закупке.

На этом фоне особенно важно понять, что именно покупают регионы? И зачем?

Генеральный директор Института исследований интернета Карен Казарьян предлагает начать с простого: надо развести близкие вроде понятия. Казарьян подчеркивает: речь идет не о тех VPN, которые обсуждают в бытовом контексте. По его словам, это «продукты для организации безопасного, удаленного и корпоративного доступа», они используются в любой крупной организации.

Фактически, объясняет эксперт, VPN — это базовая технология интернета. Причем не абстрактная, а вполне прикладная: если между, скажем, региональной и городской администрацией нужно передавать данные, то это должно происходить по защищенному каналу.

Казарьян уточняет: если нет возможности проложить физическую сеть, то используется шифрованное соединение — именно то, что и называется VPN.

Он также отмечает, что в России популярны собственные решения, например сертифицированные разработки. Эксперт подчеркивает: такие системы не имеют отношения к обходу блокировок, хотя технически основаны на той же технологии. При этом эксперт делает важную оговорку: сама по себе технология универсальна. Она может использоваться «совершенно различными способами», и именно это создает путаницу в общественном восприятии.

IT-аналитик Андрей Ярных продолжает эту мысль, но делает акцент на различии «двух VPN». С одной стороны, говорит он, VPN — это действительно инструмент безопасности. Не случайно он долгое время входил в состав антивирусных пакетов: он усложняет отслеживание пользователя и защищает трафик от злоумышленников. С другой — существует принципиальное различие между легальными и нелегальными сервисами.

Ярных объясняет: VPN, который соблюдает законодательство, работает с учетом списков запрещенных ресурсов и не нарушает правил.

А вот сервисы, которые игнорируют эти требования, могут использоваться для обхода блокировок и противоправной деятельности.

Именно поэтому, по его словам, «никакой двойственности здесь нет» — это один и тот же инструмент, но с разным режимом использования.

При этом эксперт признаёт: на практике возможны технические сложности. Он объясняет, что системы фильтрации трафика работают по заданным параметрам. Если они настроены слишком широко, возникает парадокс: легальный VPN может попасть под те же ограничения, что и нелегальный.

Ярных называет это вопросом «тонкой настройки» — задачей для регуляторов и технических специалистов. Им предстоит добиться баланса: чтобы разрешенный трафик проходил свободно, а запрещенный — блокировался.

В общем, эксперты едины: ничего крамольного в госзакупках VPN-сервисов нет и быть не может. А под блокировки (как нынешние, так и будущие) «хороший VPN», закупаемый государством, не попадет.