«Мужчине для счастья нужны лодка, собака и топор»: история омича, который решил не зависеть от цивилизации

Жаркий летний день. Идеальная погода для того, чтобы провести время на пляже. Я не люблю тот, что в центре, слишком шумный и грязный, поэтому сажусь в автобус и еду на знакомое проверенное место. Подходя к полоске желтого песка, я замечаю шатер, который, как говорят в народе, собран из того, что валялось в округе, и палок. Подхожу ближе и вижу, что это что-то среднее между избушкой Робинзона, рыбацким балаганом и стоянкой древних людей. Кругом палки, какие-то инструменты, тлеет огонь в печурке, а шатер из мусорного пакета, старой скатерти и видавшего виды тулупа охраняет кудрявая собачка, рычащая на чужих, что твой Цербер. На берегу пришвартована лодка из куска железа, который когда-то точно был чем-то вроде забора, со снастью из осиновых палок и старых автомобильных тросов. К неизвестной мне конструкции из старого бруса на корме что-то приколачивает молотком мужчина со шкиперской бородкой и в панаме. Это Олег. И ему хочется уплыть от цивилизации. Олег неохотно рассказывает о себе и своей жизни. Не то чтобы ему есть что скрывать, просто зачем тратить время на прошлое, когда в будущем столько планов? Он походя вспоминает, что в юности занимался спортивной гимнастикой, а позже — гонками на автомобилях. Из кружка гимнастики его выгнал тренер — парень все время травмировался. А в гонках, зимнем треке, он имел нешуточный успех. Сейчас Олег живет на стадионе. У него там множество друзей. Четвероногих. Мужчина любит собак, и у всех есть клички — исключительно человеческие имена, вроде Танюхи, Сереги или кудрявой Дуси, охраняющей его бунгало. Сколько он себя помнит, Олег всегда любил что-нибудь конструировать и собирать. Тягу к этому непростому делу привила ему мама, подарившая сыну в детстве советский конструктор из металлических деталей. У меня был такой. Из него можно было собрать все что угодно — и ракету, и БТР. Лишь бы деталей хватило. А инженерные знания подарили советский мультфильм и желание разбираться в механизмах. — Чтобы научиться конструировать, достаточно посмотреть советский мультфильм «Коля, Оля и Архимед». Журнал «Юный техник» почитать. Там такие конструкции: с одной стороны — сложные, а с другой — их мог собрать любой пионер. Там все, что нужно, по большому счету, показано и объяснено. А до остального сам дойдешь, если не дурак, конечно. И если желание есть, — рассказывает Олег. Лодка, сконструированная Олегом, называется гордо и по-восточному — «Каюк». Она имеет ржавый окрас, что позволяет ей сливаться с городским пейзажем. Посередине судна установлена банка из доски. Это так всякие флибустьеры и корсары называют сиденье гребца. К банке прибито две бочки, исполняющие роль балансиров. Каждая бочка снабжена обтекаемым носом из листа металла. Весла сделаны из грубого толстого бруса с лопастями из фанеры. Дешево и сердито, но вот ворочать такие, мне кажется, сложновато. На носу «Каюка» установлена неизвестная мне конструкция из ивовых веток и досок. Сначала я подумал, что она предназначена для крепления паруса, который можно будет использовать как шатер. Олег критически осмотрел свое изобретение со стороны и заявил, что я не угадал, «но можно и парус присобачить, конечно». Оказалось, что это рычаг для того, чтобы лодка могла идти против течения вдоль берега. На каноэ с шестом ходило много веселых ребят, от разных хантов, манси и вогулов до американских индейцев. А тут усовершенствованная конструкция — рычаг упирается в дно реки, и «Каюк» толкается вперед. Имеется и якорь, конечно, самодельный, сваренный из железных труб. Я бы еще настелил в лодке пол, чтобы не ходить, маневрируя на угловатом дне «Каюка», но мне кажется, это те самые излишки цивилизации, которые, как позже оказалось, так не любит Олег. — Простецкая лодка, да? Эта лодка когда-то была пирсом. Потом его разломали варвары какие-то. Остался вот, кусок профиля. Я его подобрал. Был пирс — стала лодка. Такая вот эволюция. Лежал кусок железа на причале, гнил. Я его забрал, согнул где надо. Тут — тюк, там — тюк, болтик, гвозди, дощечка. И вот — лодка. Все своими руками. Все подсчеты в голове. Чертежи на песке. И вон, смотри, стоит, на волнах качается. Значит, все верно продумано и грамотно исполнено, — объясняет владелец лодки. Пока мы, как два заправских маримана, общались, обсуждая холодный порывистый борей, лопнувшие шпангоуты, упавшую ватерлинию и потерявшихся карасей, вокруг собралось много сухопутных омичей. На удивление, дети почти не обращали внимания на необычное судно, а вот взрослые проявляли интерес. Один из них, Михаил, отдыхающий с друзьями на пляже, попросил пройтись на лодке вдоль берега. Получив короткий инструктаж, Михаил уже ворочал весла, Олег раздавал ему советы, стоя по пуп в воде, а все окружающие весело смеялись. Было видно, что Михаил еще начинающий моряк. Пройдя с два десятка метров, Олег поймал свое судно и вместе с юнгой отбуксировал его обратно. Оказавшись на берегу, мужчина спросил, сколько денег он должен за прогулку вдоль берега. — Какие деньги? Деньги — грязь. Сигареты, мясо, коньяк. Вот это дело. А деньги мне на пляже зачем? Человеку нужны не деньги, а умения, — заявляет иртышский флибустьер. — А что тебе для счастья надо? — Мужчине для счастья нужны лодка, собака и топор. С таким набором он что угодно добудет. Под одобрительный взгляд владельца лодки Михаил вернулся с сигаретами и бутылкой пива. Видимо, формула про лодку таки работает. Прикурив от полешка из печки, мужчина продолжил свой рассказ. Жизнь маримана всегда притягивала Олега. Этому способствовали капитан Врунгель и «Остров Сокровищ», Жак Ив Кусто и природный авантюризм. Потому в планах Олега — научиться жить так, чтобы от цивилизации брать только самое нужное, без излишков. Чтоб рука не ослабевала и блеск в глазах не терялся. — Цивилизация нужна, но не в том виде, к которому мы привыкли. Избыток все портит. Вот есть, к примеру, у меня УАЗ. Цивилизация? Да! Я его могу починить в любом лесу палкой и гвоздем. А вот мужики стоят на пляже, у них крутые внедорожники дорогие. Цивилизация? Тоже да. Только там сломается микрочип где-нибудь за городом, и это уже не цивилизация, а кусок железа. Стоит и ржавеет. Плоды цивилизации должны быть такими, чтобы человек не расслаблялся, всегда был в тонусе. Например, топор — отличный плод цивилизации. Универсальный инструмент. Им при желании все можно сделать, — поясняет мужчина. По его мнению, сейчас общество настолько расслабилось, что стоит лишить его какого-нибудь из благ, вроде электричества или интернета, для многих это становится равносильно концу света. — Я часто слышу новости как грибники потерялись, как туристы поехали в лес и замерзли, заблудились. Не понимаю, как такое возможно? Туристы, и замерзли! В лесу! А едут-то как — на снегоходах, в камуфляже, все красивое, дорогое. А тут телефон сел, бензин кончился, зажигалка сломалась, и всё. Нет туристов. Вот я в лесу в любую погоду могу огонь развести, да, зимой или в сырость я просто больше времени потрачу, но разведу. Я как-то книгу в магазине видел про способы разведения огня. Так там такой талмуд — и льдинкой, и банкой, и так, и сяк. Потрать время, изучи, раз ты турист. А обвешаться всем, чем можно — это не турист. Это фикция, — говорит Олег. Поэтому он и хочет жить так, чтобы нуждаться только в том, что сам сможет добыть. Однако он не хочет получить статус юродивого или отшельника, да и популярность ему ни к чему. — Вот к [сибирской отшельнице] Агафье Лыковой постоянно летает вертолет. Все к ней приезжают, что-то записывают, рисуют ее, фотографируют. Геологи, экологи, биологи — все к ней. А оно ей надо? Она для этого в лес-то уходила? Может, если бы она где-нибудь в Омске жила, в Кировске каком-нибудь, к ней никто бы и не ездил. Была бы настоящая отшельница. Бабушка никому не нужная. А тут уехала в лес одна жить, и все к ней. Все чего-то везут. Нет, я такого бы не хотел, — делится мужчина. В его планах пройти по Иртышу вдоль берега, осваивая и совершенствуя свою лодку, и закончить несколько изобретений, которые помогут ему в жизни на природе. Например, мужчина хочет собрать прибор, который будет обеспечивать его водой и электричеством благодаря течению реки и колеса с лопастями. — Я хочу научиться жить полностью автономно. Не зависеть от кого-то, от цивилизации. Я сделаю водяную мельницу, она будет качать воду. С помощью нее же подключу генератор. У меня будут все блага и никакой коммуналки. Вот есть у меня лодка, поставить палатку, генератор от реки, огонь в печке. Дуся бегает. Еда, сигареты и коньяк у меня всегда найдутся. Вот и всё. Если ты зиму сам пережил в палатке, значит, ты что угодно переживешь. Ладно, Сань, мне идти надо. Некогда тут разговоры вести, еще столько дел, — подытожил Олег. Я налил последнему омскому ушкуйнику виски. Мы выпили за успех его проектов, и я отправился плавать и загорать. Уходя с пляжа уже под вечер, через несколько часов после нашего разговора, я видел, как Олег проверяет свой рычаг. «Каюк» шел вверх по Иртышу.