«От всего спастись невозможно»: завучи о ситуации со штырями и плохом воспитании

Ранее NGS55.RU писал, что из-за инцидента с 12-летним мальчиком мэр Омска Оксана Фадина распорядилась, чтобы до 1 июня все городские школы избавились от острых штырей на особенно опасных участках заборов — рядом с гаражами и строениями, с которых на них можно упасть. С менее опасными ограждениями школы должны разобраться до 15 августа. Некоторые школы подошли к распоряжению творчески: например, насадили на штыри шланги, доски и наварили сверху уголки. Два заместителя руководителей гимназии № 69 решили поделиться своим мнением об этом поручении. Ирина Сергеевна Кулагина, заместитель директора гимназии № 69: — Мы услышали об этом инциденте на следующий день или даже в тот же день. Во-первых, были новости, во-вторых, 88-я школа находится недалеко от нас, информация распространяется быстро. Департамент образования среагировал очень быстро — буквально через день после инцидента с директорами школ провели совещание, на котором им рекомендовали создать систему безопасности. В тех местах, где есть возможность получения подобных травм, принять меры: спилить все штыри либо что-то на них наварить. О том, что в других школах с учеников на это собирают деньги, мы тоже узнали из новостей. Просто денег из бюджета на эти работы никому не выделяли, поэтому каждая школа обходится своими силами. Мы никаких денег не собирали. Конечно, мы обратились за помощью к родителям, которые владеют сваркой, но это было по их желанию. У нас в школе есть плотник, который в своё рабочее время спиливал эти штыри. Спиливал достаточно долго — понадобилось около двух недель. На прошлой неделе он спилил штыри с половины всего забора. За эти работы мы ему заплатим из премиального фонда. А в одном месте родители наварили уголок. К распоряжению мэра мы отнеслись спокойно. С одной стороны, это не первый несчастный случай, несколько лет назад уже был такой инцидент. Нас, кстати, эти штыри и раньше настораживали, особенно в районе гаражей и деревьев. У нас похожая обстановка, как в школе № 88. Я в школе работаю 35 лет. И мы 35 лет ведём борьбу с гаражами, которые стоят прямо около нашего школьного забора. Дети всё время по ним прыгают. Мы постоянно пишем письма в администрацию округа, чтобы они нам помогли найти хозяев этих гаражей и эти гаражи убрать, потому что получается, что пять метров от забора школы — это ещё наша территория. Но нам отписались из ЦАО, и теперь вдруг оказывается, что это не наша территория и принадлежит она дому № 15. И раз гаражи стоят на их территории, то администрация округа в этой ситуации не виновата. Но один гараж всё-таки убрали. А остальные как стояли, так и стоят, и сделать мы ничего с этим не можем. Мало того что там постоянно мусор, так ещё и скопление каких-то непонятных людей за этими гаражами. Где гарантия, что у нас так же ребёнок не поскользнётся и с них не упадёт? Поэтому позаботиться о том, чтобы как можно меньше было условий для детских травм, мы, наверное, должны. Потому что дети есть дети. И есть у них такой возраст, когда трудно за ними углядеть. Поэтому лучше попытаться предотвратить, чем потом какие-то последствия разруливать. Сейчас сделали так, чтобы эту опасность в школах минимизировать. Но, с другой стороны, от всего спастись невозможно. Можно никуда не ездить, ни в какие походы не ходить, но переходить дорогу, и тебе на голову упадёт ушко от троллейбуса. Всякое в жизни бывает. В ней вообще очень много опасностей. Вот мы штыри спилили, но где гарантия, что через этот забор теперь кто попало на территорию школы не полезет? Да и пусть даже этих штырей не будет, но с забора можно точно так же упасть и травмироваться. Ну давайте ещё заборы целиком снесём. Кроме того, в том, что произошло, обвинили директора 88-й школы. А в чём вина директора, если пострадавший ребёнок был даже не из этой школы? Какая эта семья? Какой это ребёнок? Воспитывали его, не воспитывали? Мы ведь этого не знаем. Хорошо, что он жив остался. И потом, дети, они же почти всегда разные: дома с родителями они одни, в школе они другие, на улице они третьи. Это нормально. Всегда так было. И когда родители говорят: «Мой ребёнок такого сделать не может», я никогда не могу дать гарантии, что это так. Поэтому то, что директора в этой ситуации обвинили, мы не очень понимаем. Вины его особой нет. Работать в школе стало сложнее. Проблема в том, что у нас всегда во всём виновата школа. Эта позиция в последнее время уже на уровне государства, на уровне общечеловеческого мнения. Сейчас всё спрашивают со школы. Любой случай — где-то что-то своровал, где-то неправильно перешёл дорогу, — за всё отвечает школа. Мы заложники ситуации. Но люди забывают о том, что воспитанием детей вообще-то должны заниматься родители. Надо объяснять детям с самого рождения, что существует опасность, причём она существует везде. Поэтому для того, чтобы с тобой ничего не случилось, нужно не заигрывать с этой опасностью. Мы надеемся, что родители начнут заниматься воспитанием своих детей. Понятно, что они все заняты, все на работе, но я считаю, что если у тебя есть ребёнок, то ты должен его не только накормить и одеть, но ещё и воспитать. Научить его правильно вести себя на улице. Василий Николаевич Безъязыков, заместитель директора гимназии № 69: — Насчёт ситуации со сбором денег с учеников — распоряжение есть распоряжение, но финансово его не подкрепили. Там же в распоряжении не было написано: «Выделить средства на…». В распоряжении написано: «Убрать штыри до такого-то числа». Финансы не закладывались, деньги не выделялись, поэтому руководство других школ пошло таким путём — решило собирать деньги с учеников. Мы в нашей гимназии никакие средства на это не собирали. Распоряжение спилить все штыри со школьных заборов — это, конечно, перестраховка, но перестраховка, которая стоит жизни детей. Лучше мы перестрахуемся и сделаем всё возможное, что зависит от нас, чтобы минимизировать эти риски. Поэтому, наверное, всё-таки правильно, что приняли такое решение. Но опять же, вот вчера я получил SMS: «Ребёнок разбился на горке. Надо срочно решать что-то с горкой». Инцидент произошёл у нас во дворе, на Менделеева, 16, корпус 1. Выхожу к этой горке. Она цельная, она не сломанная. Да, она высокая. Ребёнок залез на горку и оттуда шмякнулся. Некоторые жители сразу начали: «Её надо убрать, да зачем она здесь стоит?». Начинаю беседовать, выяснять, как всё произошло: «Ну вот он до этого на дереве сидел, а потом пошёл на горку!..». А где его родители были в это время? Почему родители не проследили? И такая же ситуация и с этим мальчиком, который упал на забор. Проблема в том, что позиция надзорных органов, в частности прокуратуры, сегодня такая: «Мы не можем наказывать родителей за плохое воспитание детей. Мы можем наказывать только школы». Поэтому у них на любой инцидент с участием ребёнка ответ только один — виновата школа. Сразу нужно найти виновного, обязательно профилактику провести: «В школе плохо рассказали правила дорожного движения. Плохо рассказали, как через забор проходить!». То есть прокуратура всегда ищет виноватых в школе. И прокуратура не стесняясь об этом говорит: «Родителей мы привлекать не можем». Комиссия по делам несовершеннолетних говорит о том, что не надо лишний раз наказывать родителей за ненадлежащее воспитание детей и привлекать их по статье 156 (Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. — Прим. ред.). Поэтому и поступило распоряжение, что нужно спилить все штыри со школьных заборов. Сегодня виноватых ищут не в первоисточнике. Первоисточник — это родители. Но виноватых пытаются найти там, где это удобнее сделать.