Мишустин упразднил комиссию по импортозамещению в России

В России — новая промышленная политика. Ну, может быть, вы этого не заметили. А между тем премьер-министр Михаил Мишустин упразднил правительственную комиссию по импортозамещению — главный, пожалуй, символ эпохи экономической изоляции. Вместо нее появилась другая правкомиссия по промышленности.И это не просто смена названия, а, как уверяют эксперты MSK1.RU, фундаментальный сдвиг в приоритетах. Россия прощается с парадигмой «заместить всё» и открывает новую главу, ставя во главу угла развитие отечественного производства. Причем он нацелен как на внутренний рынок, так и на завоевание мировых позиций.России нужен собственный айфон — без прорывов путь в никуда«Мировой спрос позволяет учитывать потребности различных клиентских групп и дает реальное понимание того, что нужно рынку, — говорит доктор экономических наук, профессор РЭУ имени Плеханова Юрий Ляндау. — Поддержка промышленности со стороны государства крайне важна, но при этом сами предприятия должны быть конкурентоспособными на мировом уровне».Профессор приводит в пример историю конкуренции Apple и Nokia. В 2007 году, когда американцы презентовали сенсорный телефон, на рынке доминировали Nokia (с огромной долей), Motorola, Samsung, Sony Ericsson, LG и BlackBerry. Все они выпускали кнопочные телефоны, и Nokia заявляла, что «сенсор» никому не нужен. Но очень быстро именно их забыли, а отличие от Apple, уже к 2010 году занявших 20% мирового рынка. Вопрос лишь в том, может ли Россия сейчас создать новый iPhone…Нужно реанимировать науку, «умершую» еще при БрежневеКуда более скептичен, нежели профессор Ляндау, другой эксперт — доцент экономического факультета МГУ Магомет Яндиев. По его словам, он «не видит никаких признаков изменения федеральной промышленной политики».«Вектор по-прежнему направлен на увеличение отечественной научной активности и снижение уровня коррупции на стыке госпрограмм и частного сектора», — говорит Яндиев.По его мнению, говорить о реальной поддержке промышленности бессмысленно, пока не решены эти две фундаментальные задачи. Формальные изменения в названиях и полномочиях комиссий — это лишь бюрократия. Ну а чтобы реально началась новая эра в российской промышленности, стране нужны собственные знания и технологии.«Покупка знаний за границей делает всю политику импортозамещения бесполезной или просто показушной. Перед властями стоит непростая задача реанимировать российскую науку, „умершую“ даже не в девяностые, а еще раньше, в эпоху брежневского застоя и приписок, и с тех пор так и не реформированной по существу, — убежден Яндиев.Если будем торговать только сырьемА что думают представители реального сектора? Частный инвестор и основатель школы инвестирования Федор Сидоров смотрит в будущее с умеренным оптимизмом.«За десять лет с 2015 года мы научились закрывать дыры — производить то, что перестали поставлять. Но сегодня экономике нужны не только аналоги, а собственные технологические цепочки от разработки до серийного выпуска», — отмечает Сидоров.Статистика не слишком радует: в сентябре 2025 года промышленное производство в России выросло всего на 0,3% против впечатляющих 5,4% годом ранее. Это неоспоримый сигнал: прежние подходы больше не работают. Стратегия «наклеек на импортные товары» или воспроизведение устаревших технологий в новом российском обличье доказала свою неэффективность в долгосрочной перспективе, говорит Сидоров.По его словам, о по-настоящему новой промышленной политике можно говорить с учетом того, что правительство вводит в России технологический сбор, а президент поручает утвердить к 1 декабря дорожную карту по редкоземельным металлам.«Создание полноценной отрасли редкоземельных металлов — условие выживания в мире, где доступ к критическим материалам становится инструментом давления. В целом же новая промышленная политика строится на понимании того, что полное импортозамещение невозможно и не нужно. Задача иная — иметь собственное производство в тех областях, от которых зависит технологическая независимость и безопасность страны. Торговать только сырьем в долгосрочной перспективе — это означает оказаться на обочине мировой экономики», — считает инвестор.А что сегодняА как вообще чувствует себя российская промышленность сегодня? Судя по мнению экспертов, очень непросто.Федор Сидоров говорит, что даже внутри обрабатывающего сектора картина неоднородная. Производства, связанные с госзаказом и импортозамещением, продолжают расти, а гражданские сегменты за восемь месяцев просели на 5,4%.«Загрузка мощностей остается высокой — около 80%, что близко к историческим максимумам. В целом промышленность сохраняет положительную динамику, но для устойчивого роста нужны новые источники спроса и инвестиции в технологическое обновление», — говорит инвестор.Ляндау более скептичен. По его словам, в настоящее время в России очень серьезно развита промышленность в сфере ВПК, энергетики, нефтегазовой отрасли, судостроения. Зато нет по-настоящему недорогой, но качественной электроники, бытовой техники: «Нет ведь даже нормальных автомобилей по разумной цене. К сожалению, не все граждане могут позволить себе премиальные бренды типа Aurus».«Состояние промышленности очень неустойчивое. То есть закрытие коммерческих предприятий возможно уже при относительно небольших изменениях рыночной конъюнктуры. Запас прочности бизнеса (наличие оборотных средств, способность привлекать средства и оплачивать долги, способность наращивать остатки готовой продукции на складах без остановки производства и т. п.) сильно сократился с момента введения санкций. У большинства предприятий он еще есть, но у части он уже на критическом уровне (даже с учетом возможной господдержки)», — говорит Магомет Яндиев.