«Какое там детство? Была война»: 99-летняя омичка поет, варит варенье и ждет Путина

Когда вам 99, мир обычно сужается до размера кровати и телевизора. Раиса Кулолаева этот сценарий игнорирует. Она ходит, поет, варит варенье и спорит с жизнью — и, кажется, выигрывает.

Корреспондент NGS55.RU Кристина Савиных и фотограф Кирилл Башинский пришли к ней в гости не за банальными секретами долголетия. Они пришли за ответом на другой вопрос: как, пройдя войну, похоронив любовь и встретив новый век, не просто дожить до 99, а остаться собой? Спойлер: ответ есть. И он не в таблетках.

Встреча с 99-летней труженицей состоялась в ее просторной квартире с необычной по нынешним временам планировкой. Раиса Георгиевна ждала нас, сидя на кровати в одной из светлых комнат. К приходу гостей принарядилась: надела платье с милым мозаичным узором. Стоило нам войти, как она тут же подорвалась с места, крепко опираясь на тросточку, и потянулась обниматься. С улыбкой, без паузы, стала просить поскорее начать беседу, видно, разговоров ждала.

Раиса Кулолаева родилась 19 августа 1926 года в Омске — в семье Георгия и Александры Кулолаевых. Отец был строителем. Его первый крупный подряд — Западно-Сибирская сельскохозяйственная, лесная и торгово-промышленная выставка. Для Сибири событие масштабное: Георгий вместе с братом Василием возвели 60 павильонов.

Мать — домохозяйка. Познакомились будущие супруги в деревне, поженились — и больше не расставались. За годы счастливого брака родилось пятеро детей: один сын и четыре дочки. Александра, кстати, научилась читать и писать уже в замужестве.

Дом, где прошло детство Раисы, стоял на пересечении улиц Масленникова и Куйбышева. Деревянное строение срубил собственноручно ее отец. Садика в жизни девочки не было, а вот в школу она ходила — как все дети.

Но на вопрос о самом ярком воспоминании из тех лет женщина замолкает. Долго смотрит в сторону. А потом выдает коротко и жестко:

«Какое там детство? Была война. Ничего этого не было — никакого хорошего яркого дня. Война, разруха, голод».

Ей было всего четырнадцать.

Дальше Раиса успела окончить 10 классов, а в 1944-м поступила в медицинский институт. И уже студенткой дежурила в госпитале на улице Гагарина, встречала поезда с ранеными с фронта, ухаживала за ними.

«Мы ходили в госпиталь на ночь. Письма писали, читали, градусники ставили, уколы даже некоторым ставили. Потом перевязки делали, кормили, иногда даже палату убирали. Мы ухаживали, перевязывали иногда небольшие ранения даже. Потом разгружали эшелоны. Жали. Мы старались: молоденькие же были», — вспоминает она.

Омск военных лет в ее памяти остался карточками на еду и бесконечными очередями. С одеждой туго: ходили в одних валенках да шубенках. Купить что-то еще — невозможно.

Учебу окончила в 1949 году и получила специализацию по акушерству-гинекологии. Выбор профессии, признается, был продиктован любовью к детям и семье. Одна из старших сестер тоже пошла по этому пути.

Молодого специалиста отправили в Саргатский район Омской области. Врачей там не хватало — и Раиса была одновременно и гинекологом, и детским врачом.

«Работы, конечно, много было, и операции приходилось делать. Я быстро там очень много всего почерпнула, быстро научилась всему. Проработала я там четыре с половиной года», — говорит пенсионерка.

Потом переезд в город, роддом имени Крупской. Но когда родители постарели, Раиса кардинально сменила профессию.

«Приходилось по дому делать много работы в частном доме: надо печи топить было, воду носить. Уголь иногда привозили очень плохой, и поэтому я решила пойти на завод. Проработала я там около тридцати пяти или сорока лет, потому что там всё же легче было. Мне привозили очень хороший уголь, срезки», — объясняет она.

На пенсию Раиса Георгиевна вышла в 1985 году.

Уже много лет живет в историческом доме в центре Омска — рядом с остановкой «Голубой огонек». Пойти под венец так и не посчастливилось, детей и внуков нет. Но была большая любовь. Она завершилась трагически.

«Когда я окончила институт, как раз познакомилась в Саргатском районе. Там был очень-очень хороший паренек. Мы с ним стали встречаться, хотели расписаться, родители видели его. Он был преподавателем по математике. Разбился на мотоцикле. Я уже больше почему-то как-то не полюбила».

Из квартиры почти не выходит, но для своих почти 100 лет активна. Сама стирает, убирает, любит готовить. Недавно сварила вишневое и абрикосовое варенье.

Современной техникой не пользуется. Самые «умные» вещи в квартире — стиральная машинка, стационарный телефон и телевизор. Зато память у Раисы Георгиевны отменная. Отрывки из песен «Тонкая рябина» и «Без меня» она спела без единой запинки.

В свободное время читает Евангелие. Труженик тыла по-настоящему набожна — вера пришла к ней от родителей.

«Когда атеисты были, боролись с этим, а у нас всё равно иконы висели в квартире, понимаете? И батюшка приходил всегда на Пасху, на Рождество. Елки всегда папа делал. Так что, да, мы очень верующие».

Иконы в квартире повсюду: над кроватью, в шкафу под стеклом, есть даже небольшой домашний алтарь. Когда-то старинных образов было много, но Раиса Георгиевна раздала их по омским церквям. Та же судьба постигла и другие вещи: одежду, большой красивый буфет, зеркало — всё отдали в Музей городского быта, который сейчас реставрируют.

На протяжении 20 лет ее регулярно навещает социальная работница центра «Пенаты» Дина Борисовна. Женщина признается, что за всё это время они ни разу не ругались. Компаньонка Раисы Георгиевны также поделилась, что четыре раза к ней заглядывал мэр Сергей Шелест. Глава города поздравлял ее с 80-летием Победы и даже помог с ремонтом. Теперь она ждет Путина.

99 лет Раиса Георгиевна наблюдает за тем, как меняется Омск. И говорит, что в нынешнем городе ей нравится всё. В первую очередь — бытовые условия.

«Раньше же ничего не было из продуктов, а сейчас сколько всего много, боже мой! И фруктов. Раньше же фруктов привозили из Москвы только. Было очень мало всего, а сейчас всего очень много. Сейчас, конечно, квартиры благоустроенные. Все живут в квартирах, где надо ни топить, ни воду не носить», — рассуждает она.

Из любимых мест молодости вспоминает парк 30-летия ВЛКСМ. Рядом с ним когда-то жила ее семья.

«Там всякие устраивались праздники, и мы даже туда выезжали прямо с самоваром, со скатертью. Много всего дома нацапаем и на лошади соседей выезжаем на пикник на целый день. Сколько травы, цветов было», — окунается в воспоминания труженик тыла.

Бывала она и на Иртыше. В те годы река была куда прозрачнее.

«Чистая река, а речка какая была чистая! Ужас! Такая прямо, что дно было. Сейчас всё грязь, мутно, ничего не видно. А раньше — нет, раньше хорошо там. Туда ходили и стирали одеяло обязательно. Раньше пододеяльников не было как-то, поэтому стирали на коромысле — и в речку», — вспоминает она.

Глобально что-то менять в Омске пенсионерка бы не стала. Но одна вещь ее огорчает: люди стали другими. Раньше, говорит, отношения были лучше. И это единственное, чего, по ее мнению, сегодняшнему городу не хватает.

«Сейчас, например, каждый сидит закроется в своей квартире и не выходит, не разговаривает. А раньше, конечно, люди были какие-то более дружелюбные, помогали друг другу. Соседи часто дружили, собирались вечерами, сидели на крылечке, рассказывали какие-то истории. А сейчас этого нету», — подытоживает врач.

Секрет своих 99 лет Раиса Георгиевна объясняет просто: ходьба. Она никогда не пользовалась транспортом.

«Вот мы жили на Куйбышева, где вот сейчас баня, там я ходила в институт пешком. Никогда транспортом не пользовалась. Понимаете? Я очень много ходила пешком. Ну и еще что? Не пью, конечно, не курю», — смеется она.

Над пожеланием молодым омичам задумывается. На мгновение замолкает, смотрит в сторону и признается: в ее возрасте трудно сообразить сразу.

Но потом выдыхает:

«Учиться, учиться и учиться надо. Вот так. Здоровья и учиться».

А еще признавать Бога. Может, в этом и есть главный секрет ее долголетия? Кто знает. Но слушать ее хочется.