О семье, службе в Крыму и олимпийском BMW: интервью-дуэль с прославленным стрелком в омском тире

Корреспондент NGS55.RU Антон Малахевич вызвал на дуэль Виталину Бацарашкину, завоевавшую серебряную медаль на Олимпийских играх. Стрелять решили из старых воздушек в парке имени 30-летия ВЛКСМ — и получили неожиданный результат. Виталина Бацарашкина — 22-летний серебряный призёр Олимпийских игр 2016 года в стрельбе из пневматического пистолета, чемпион мира 2018 года в смешанных командных соревнованиях, заслуженный мастер спорта России, кавалер медали ордена «За заслуги перед Отечеством», сержант ВС РФ. — Куда бить будем? — Ну давай по третьему ряду, вон медведь жёлтый. — Я его даже не вижу. Ладно, постреляем. Щёлк-щёлк. 1:1. Мне пока везёт. — Ну-с, давай серию до десяти. Идея для интервью в необычном формате пришла после очередного серебра Виталины на чемпионате Европы, который проходил в Хорватии и завершился 23 марта. На пару с российским стрелком Артёмом Черноусовым они уступили украинцам меньше очка. А вот сербы, занявшие третье место, отстали от них уже почти на семьдесят. Как тут не создать контрастные условия в видавшем виды парковом тире. Виталина серьёзно призадумалась, пытаясь вспомнить, когда в последний раз стреляла из таких воздушек, где нет ни антропометрической рукояти, ни деликатного электронного спуска, а разброс по спортивным меркам просто неприличный. — А всё с такого тира и начинается! — говорит хозяин тира. — Не-а! С гаражей! — улыбается Виталина. За гаражами принято тайком курить, а они с друзьями молотили из такой же воздушки. Попадать из неё и дедовских охотничьих двустволок Виталина начала уж очень рано, чтобы взрослые не обратили на это внимания. — О чемпионате… Кстати, я тебя не поздравил. — Спасибо! — Как впечатления? — За нас болели, мы попадали. Были забавные моменты. Пару лет назад на финалах разрешили звуки издавать, кричать, шуметь — мешать стрелкам, в общем. И у наших есть специальная дудка. — Дудка? — Дудка. Сантиметров сорок. От неё нутро колышется и сердце куда-то вниз спускается. На нас даже один спортсмен обижался: «Дудите специально под мой выстрел!» Мы: «Нет-нет, мы просто дудим». И в финале, когда на рубеже готовились трое стрелков, шум вдруг затих, даже музыку выключили. В общем, все трое были настолько дезориентированы, что дружно попали по восьмёркам. Сейчас Виталине выдался редкий отпуск почти в две недели — так много времени в Омске она проводит редко. Но потом всё по новой — сборы в Улан-Удэ, затем этап Кубка мира в Китае... Плюс служба: Виталина — сержант Вооружённых сил России. — А с Росгвардией как дела? — Служу. В Крыму, в Симферополе. — Ты не под подпиской, случайно? — О невыезде? — Э-э... О неразглашении. Виталина сильно смеялась, но в красного зайчика всё равно попала — откинулся. — Я не могу ничего разглашать, потому что ничего не знаю. Я сержант, высшего образования пока нет — доучиваюсь в УОРе (училище олимпийского резерва. — Прим. ред.). На следующий год поступлю и должны дать следующее звание. Зовут в СибГУФК. — А в Омске ты проводишь?.. — Да, меньше времени, чем вообще где-либо. С января я была дома только несколько раз урывками, по день-два. — Получается, с Омском сейчас связывают только родные? — Ну почему. Я всё-таки здесь живу. Молодой человек, уже жених, сюда переехал. Но город, да, почти не вижу. Я мажу. Пулька, посвистывая, рикошетом возвращается в сторону огневого рубежа. — То есть ты при своём графике умудряешься быть домоседом? — Скорее да. Чего уж, если вожу с собой приставку (игровую. — Прим. ред.), — улыбается Виталина. Наш стрелок — известный любитель фантастики, средневековья и компьютерных игр. Виталина —поклонница Стругацких и «Ведьмака», фантастической вселенной писателя Анджея Сапковского. — Да, как твой пистолет зовут? Арондит? Гвихир? (магические мечи из «Ведьмака». — Прим. ред.) — Нет (Смеётся.) У меня их четыре, скоро будет пять. — Дорогие? — От ста тысяч. Честно говоря, сама не знаю: я их не покупаю, мне их сборная выдаёт. А пневматику — итальянская фирма, которую я представляю, Marini, как одному из их ведущих спортсменов. — То есть ты их эндорсер — представитель бренда? — Ну да. Они мне предоставляют новые модели. Вот сейчас появилась — там по-новому всё, переделано. — Что там-то можно по-новому сделать? — Электроника совсем другая. В старых блок большой, громоздкий. Теперь они уменьшили его до одной маленькой платы и перенесли в рукоятку. Соответственно, намного сложнее стали рукоятки. Теперь это выточить — ужас. Слушай, давай на второй ряд [мишеней] переходить? — Беру жёлтого гуся на себя. А как, кстати, рукоятку под кисть подгоняют? Слепок делают? — Нет, мне тренер делал все рукоятки. Он знает размеры моей руки, вытачивает черновой вариант. Я пробую, показываю, что не нравится, где неудобно, и тренер дорабатывает. Через какое-то время это превращается в нормальную рукоятку. А у некоторых — да, действительно снимают размеры руки и делают без участия спортсмена, которому нужна эта рукоятка. — А если, скажем, села батарейка? — Меняю. Правда, в новой модели необычная батарейка: по толщине как пальчиковая, но короче в два раза. Её найти очень сложно. Однажды на сборах батарейки сели, а стрелять надо. По всему городу их искали, а когда нашли, купили сразу упаковку про запас. А у некоторых не батарейки, а аккумуляторы — они ставят пистолеты на зарядку. Это удобно, но... забавно. — Слушай, у меня тут пистолет разрядился, дай пострелять, мне на секунду! — Да, именно. Тем временем счёт 10:9 в пользу Виталины. Неинтересно. Сержусь на хозяина тира, который вообще-то мог дать Виталине воздушку и покривее. Принимаем решение выбрать самую сложную мишень: красную шляпку от гвоздя. Если в неё попасть, на пол со стуком должна обрушиться освобождённая гирька. Конечно, будь в руках Виталины её пистолет — лёгкая мишень. Но разброс у советской воздушки всё-таки слишком велик. Плюс спуск не тот — жесткий, с характерной ступенькой. И наконец, непонятно, куда уходит пулька — была бы бумажная мишень... Поэтому делаем серию по три выстрела, но пристреляться не получается. — Подожди. Только сейчас дошло: ты на маршрутке приехала, что ли? — Нет, на такси. — А путинская машина? (BMW X4, подаренная президентом за серебро на Олимпиаде. — Прим. ред.) — У меня так и не появилось прав — мне некогда учиться: просто нигде не задерживаюсь настолько. Сейчас мама на этой машине ездит. — Расскажи о своём графике. — Утром зарядка, завтрак, разминка — та же зарядка перед стрельбой. Потом стрельба, потом заминка... — Какая ещё заминка? — Тянем мышцы, потому что они во время стрельбы в статике. Потом гуляем пешком минут 15–20. Затем обед, потом опять разминки-разминки, тренировки. В общем, туда успеть, сюда не опоздать… — Поделись со мной каким-нибудь своим секретом. — Вряд ли он тебе пригодится. (Смеётся.) Есть у меня правило: не делать слишком короткий маникюр. Иначе неудобно и больно доставать патроны. В общем, я не знаю, как справляются парни. — А какие у тебя критерии усталости? — Усталость у нас больше не физическая, а моральная. Нет, если ты всю трёхчасовую тренировку без перерывов отстрелял, выстрелов двести сделал, там да, можно, конечно, подохнуть — всё болит и руки отваливаются. — То есть у тебя под курткой спрятаны бицепсы культуриста? — Нет, бицепсы от динамической нагрузки, а не от статической. Хотя мы и их тренируем время от времени. — Понятно. Гирьку отобьём? — Я думаю, что это невозможно. — Я тоже думаю, что это невозможно. К этому моменту Виталина уже безуспешно сделала десяток выстрелов по сложной мишени, а я и вовсе отложил воздушку. Подхожу к шляпке от гвоздя, в которую не попали, нажимаю... Гирька падает на пол. В общем, порешили как: Виталине, вооруженной одним из четырёх её пистолетов, эта мишень... раз плюнуть. Да и мне тоже, чего уж — если бы стрелял из своего дробовика. На том и сошлись. Редакция благодарит департамент имущественных отношений администрации Омска и администрацию парка имени 30-летия ВЛКСМ за предоставленный тир.