Хроники невозврата. Люди рассказывают о дне, который разделил их жизнь на до и после

Десятилетняя Варя едет на море, а студент Павел уже добрался и плавает в бассейне. Татьяна возвращается домой в компании навязчивого ухажера после самого обычного рабочего дня. Эти люди никак не связаны между собой, но жизнь каждого из них изменилась навсегда буквально за одно мгновение. Варвара, Павел и Татьяна рассказали MSK1.RU о последнем дне их жизни до. Варвара Иштрякова, Подмосковье 7 августа 2016 года Варя просыпается на заднем сиденье «Фольксвагена-Поло». В багажнике машины — ее сумка с вещами, среди них — бежевое платье с искоркой, в которое так не терпится переодеться, и любимый Микки-Маус. На ногах педикюр — без спроса взяла лак у мачехи, потом оправдывалась: «Хотела быть красивой». Варе 10 лет, она первый раз в жизни едет на море — и на свадьбу, у родственников из Каспийска торжество. За рулем Руслан (имя изменено. — Прим. ред.), отец Вари — любимый, конечно, но не близкий. Варя с ним только два года. До этого была жизнь с мамой в деревне Языково под Ульяновском, папа там появлялся редко. Мама часто оставляла Варю с прабабушкой и занималась своими делами. А когда мама умерла, Варя попала в приют, оттуда ее потом забрала бабушка по отцовской линии, а через несколько лет отец, сделав предварительно ДНК-тест, увез Варю в Москву, в новую семью, которую создал с Алиной (имя изменено. — Прим. ред.) и ее детьми. Мачеха (Варя с ней не очень-то ладит) едет на переднем сиденье — она всего на 10 лет старше Вари и в два раза младше своего мужа. Два сводных брата Вари сидят по бокам от нее в детских креслах: одному три года, второму — четыре. Машина сворачивает с трассы Р-178 и останавливается у частного дома в деревне Языково — по дороге в Каспийск сделали крюк, чтобы заехать к матери Руслана, Вариной бабушке. Бабушка угощает всех пельменями («Такие вкусные!»). Потом Руслан хочет прилечь и немного поспать, но Алина всё время его тормошит — Варя уже не помнит почему: «Может быть, чтобы мы поскорее уехали». Варя уходит навестить бабушку и прабабушку по материнской линии — они живут рядом, через дом. Прабабушка дает Варе шоколадку, бабушка — попкорн. Перед отъездом Варя не может удержаться и переодевается в бежевое платье с искоркой уже сейчас. Садится на среднее кресло между двумя мальчиками, открывает попкорн, дети тянутся к нему с двух сторон — хотят забрать себе. Начинается возня, кто-то из взрослых сгоряча выхватывает стаканчик и выбрасывает в окно. Вскоре Руслан останавливается — хочет поспать час или полтора. Но у детей снова война, на этот раз не поделили соленые орешки. Руслан злится: «Сейчас назад поедем!», но, конечно, едет вперед: хочет успеть на свадьбу в Каспийск. Машина попадает в пробку, Руслан сворачивает на обочину. Варя смотрит в окно, ей кажется, что машина вот-вот свалится в кювет. Какая-то женщина выходит из стоящей в пробке машины и демонстративно загораживает дорогу «обочечникам». Руслан выходит из машины, начинается ссора на повышенных тонах. Подробностей Варвара уже не помнит. Потом, когда машина выехала из пробки, Руслан быстро гонит и получает штраф за превышение скорости. В какой-то момент Варя решает поспать и почему-то пристегивается — родители ее этому не учили, Руслан просил всех пристегиваться, только «когда гаишники». Варя застегивает двухточечный ремень безопасности (на заднем сиденье «Фольксвагена» для среднего пассажира предусмотрен только бедренный ремень). Просыпается Варя уже не в машине, а на асфальте, на белой простыне. Вокруг стоят какие-то люди, рядом, завернутые в такие же простыни, ревут мальчики. «Фольксваген» в лоб столкнулся с «Газелью». Отца и мачехи не видно. «Где мама? Где папа?» — кричит Варя, кто-то отвечает ей, что мама сейчас придет. Варе не больно, она не чувствует всё тело. Она теряет сознание, приходит в себя в какой-то легковой машине — ее везут в больницу. Варя очнется только через несколько дней. Что было дальше Когда Варя пришла в себя, ей сказали, что Руслан и Алина живы и тоже в больнице. На самом деле Алина погибла сразу, Руслана врачи успели довезти, но он умер через шесть дней. Ее любимое бежевое платье разрезали на операционном столе, а сумка с Микки-Маусом пропала из багажника машины. Варя не чувствовала ног, но ей казалось, что «сейчас подлечусь чуть-чуть, встану и буду как раньше бегать». Из больницы Варю забрала бабушка, но не справилась с заботой о внучке-инвалиде и отдала девочку в детский дом. Оттуда Варвара периодически уезжала в больницу на несколько недель — у нее не только парализованы ноги, но и удалена часть кишечника. Только в 14 лет Варя смогла понять, что никогда больше не будет ходить. Несколько лет назад Варвару взяли в семью супруги из Подмосковья. Сейчас у нее три сестры и старший брат. Сегодня Варваре почти 17. Изучает в колледже архивоведение, занимается танцами. Девушка считает, что после аварии ее жизнь стала лучше. — Думаю, что было бы, если мы не попали бы в аварию. Но мне не особо с ними жилось, так что… Моя жизнь стала лучше, чем до этого. Я обрела новую хорошую семью, побывала за границей, знакомилась с новыми людьми, развиваюсь, учусь, — говорит Варвара. Татьяна Польская, Екатеринбург 18 января 2010 года Татьяна просыпается у себя дома, в съемной квартире в Екатеринбурге. Пьет кофе и начинает собираться. Татьяне 23 года, и она обожает наряжаться. Надевает юбку и блузку, густо красит ресницы, обрамляющие большие карие глаза. Вызывает такси, надевает ботфорты на каблуках и короткую дубленку и выходит из дома. Ехать на другой конец города — в торговый центр, где Татьяна работает в точке продаж, оформляет заказы на сантехнику из литьевого мрамора. День нетрудный, но Татьяна не выспалась и поэтому не в настроении. Она пообщалась с парой клиентов, в обед пошла бродить по торговому центру, зашла в магазин «Всё для дома», выбирала плед. Зазвонил телефон — это Алексей (имя изменено. — Прим. ред.), «почти бывший» молодой человек Татьяны. Он в два раза старше, почти в разводе, дарит дорогие подарки, но слишком ревнив. Татьяну это не устраивает, она бросает Алексея, но он продолжает звонить ей каждый день. «Тебя подвезти?» — говорит он в трубку. Татьяна соглашается — Алексей надеется возобновить отношения, а она позволяет ему о ней заботиться. В конце рабочего дня машина Алексея останавливается у торгового центра, Татьяна садится на переднее сиденье, неохотно болтает — хочется спать. Алексей останавливает машину на углу дома, не доезжая до второго подъезда, где живет девушка: двор плохо чистят, зимой оттуда сложно выезжать. Обычно, когда Алексей подвозит Татьяну, спрашивает: «Позовешь на чай?», а она отвечает: «Не позову». Но в этот раз Алексей просто прощается — видит, что девушка не в настроении. Планов на вечер нет, Татьяне хочется просто зайти домой, лечь и смотреть телевизор. Она идет к подъезду, проходит мимо какой-то хрупкой фигуры в куртке с накинутым на голову капюшоном — то ли девушка, то ли очень худенький парень. Не обращает внимания: «Мало ли кто кого ждет». Открывает дверь подъезда, в этот момент человек в капюшоне хлопает ее по спине, Татьяна оборачивается через правое плечо — и что-то обжигает ей глаза. «Наверное, вор! Это перцовый баллончик», — думает девушка, бросает сумку, сбегает по ступенькам и начинает протирать лицо снегом. Лучше не становится, боль очень сильная. Всё лицо опухает. «Помогите!» — кричит Татьяна. Слышит женский голос, соседка проходит мимо и бежит за охранником. Мужчина берет Татьяну под руку и ведет к себе в подсобку. Она наощупь спускается по ступенькам, промывает глаза проточной водой. Ей по-прежнему больно. Татьяна просит охранника взять ее телефон и позвонить Алексею. Он уехал недалеко и быстро возвращается. Они едут в больницу. Там Татьяне говорят, что это не «перцовка», а кислота. — У меня никогда врагов не было, почему такое со мной произошло? — спрашивает Татьяна. Она понимает, что это не вор, который захотел стащить сумку у случайной девушки: охотились именно за ней. Татьяну везут на операцию, кто-то из врачей мельком говорит, что у нее сильный ожог глаз. Девушка не паникует: думает, что сейчас ей помогут и всё будет нормально. На самом деле 18 января 2010 года было последним днем, когда она могла нормально видеть. Что было дальше Алексей сказал Татьяне: «Теперь ты урод, никому не нужна, только мне». Девушка перестала с ним общаться — стала подозревать, что к случившемуся может быть причастен он сам или его жена. Татьяна вышла замуж, родила ребенка, развелась, потом нашла нового спутника жизни. Сейчас она замужем и воспитывает двоих детей. Татьяна окончила медицинский колледж и работает массажистом. У себя дома она прекрасно ориентируется — помнит, где что стоит, и «видит телом». Так же и на работе — Татьяне не нужна помощь в работе с клиентами. Но на улицу она обычно выходит только с близкими. Она всё еще любит наряжаться и носить каблуки. Но даже в помещении не снимает темные очки. В солнечный день, идя под руку с мужем, Татьяна выглядит абсолютно обычной женщиной: отеки на лице давно спали, и только очки скрывают незрячие глаза. Дело до сих пор не раскрыто, нападавший не найден. Павел Тилин, Красногорск 19 июля 2013 года Павел просыпается в двухместном номере отеля в Шарм-эль-Шейхе. Идет второй день отпуска, на соседней кровати спит его лучший друг. Павлу 21 год, у него впереди неделя отпуска с компанией друзей и вся жизнь. Павла разбудил Андрей (имя изменено. — Прим. ред.) — они давно знакомы, жили в одном районе, учились в соседних школах, но в Шарм-эль-Шейхе встретились случайно. 19 июля Андрей уже уезжал — позвал Павла напоследок поплавать в бассейне. В Москве они иногда ходили вместе купаться, но чаще виделись случайно в общей компании. «Хороший товарищ, но не друг», — так Павел думает про Андрея. Но «когда в другой стране видишь знакомое лицо — это прям вау». Павел с Андреем, не заходя на завтрак, идут к большому круглому бассейну. Рядом — бар, они выпивают по стакану разбавленного, как обычно бывает в египетском аll inclusive, пива. Начинается тренировка по аквааэробике, Павел с Андреем присоединяются, динамично двигаются в воде под музыку. После тренировки люди расплываются по разным концам бассейна, Павел с Андреем вылезают из воды, задерживают дыхание и ныряют туда рыбкой, выскакивают из воды и ныряют снова. Глубина бассейна — 1,50, рост Павла — 1,70, вода доходит до середины шеи. Павел умеет нырять: «Не просто так, а по технике». Он прыгает снова — тоже «по технике», но уже не рыбкой. Разбегается, в воздухе складывается пополам и входит в воду точно перпендикулярно поверхности бассейна. Ладони бьются о дно, руки расходятся — и Павел бьется головой. Его тело всплывает спиной вверх. Павел лежит на поверхности лицом вниз, задыхается, пытается перевернуться, но не может. Через минуту какой-то незнакомый парень вытаскивает его из воды. Сейчас Павел уже не может вспомнить, где в этот момент был Андрей: то ли не понял, что произошло, думал, что друг дурачится, то ли отошел в бар. Павел лежит на спине у бассейна, поднимает руки к лицу, видит, что они непроизвольно сжаты в кулаки и почему-то трясутся. Над ним склонились люди, спрашивают, что случилось. Павел не понимает. Он теряет сознание. Открывает глаза уже в больнице. Павел понимает, что заигрался. На глубину 1,50 не нужно было нырять даже рыбкой — он это знал, просто не подумал. Общаться сложно — говорят на «ломаном английско-русском-гуглтранслейтном». У Павла была страховка, но в компании сказали, что в крови обнаружены следы алкоголя (то самое утреннее пиво), значит, не страховой случай. Египетский нейрохирург заявляет, что Павел нетранспортабелен: нужна операция здесь, в Шарм-эль-Шейхе. Нужно 40 тысяч долларов. К Павлу приезжают друзья, звонят его отцу, говорят о неподъемной сумме. Павел засыпает в больнице, не зная, что делать. Что было дальше Родственники Павла открыли сбор в соцсетях, который поддержали все друзья и знакомые. Павлу установили титановую пластину, он вернулся домой и много лет занимался реабилитацией. Сейчас Павел полностью самостоятелен: работает, водит машину с ручным управлением, несколько раз ездил отдыхать без сопровождения. Павел говорит, что произошедшее явно неслучайно и это какой-то урок для него. Но он до сих пор не понял какой. Все друзья по-прежнему рядом с Павлом, кроме Андрея: после того как Павла вытащили из бассейна, Андрей улетел в Москву, как и планировал, и больше ни разу не общался с Тилиным.