Изуродованные ноги, театральные интриги и маленькие зарплаты: балерина — о жизни в Омске и профессии

Жив ли балет в Омске? Об этом и о том, с какими трудностями сталкиваются артисты, NGS55.RU спросил у балерины и солистки Омского музыкального театра — 32-летней Нины Маляренко. Про травмы, жесткую дисциплину, конкуренцию и мужчин в балете читайте в материале.

Хореографией Нина Маляренко занимается с 5 лет, но изначально о балете речи не шло. Родители отдали в коллектив русского-народного танца. Когда он начал распадаться, педагог предложила девочке попробовать поступить в балетное училище. В 9 лет Нина поехала в Новосибирск, чтобы изучать классический танец.

«Я занималась в Омске народными танцами. Когда мне было 5 лет, коллектив распадался. Педагог посоветовала маме отдать меня в балет. Были данные: длинные ножки, музыкальный слух. Мама отправила меня в Новосибирское хореографическое училище. Из 100 человек прошла я, моя одноклассница и одноклассник».

Первый год в училище, по словам Нины Маляренко, самый сложный. Тяжелее всего было жить в интернате вдали от семьи. Позвонить родителям можно было только со стационарного телефона в библиотеке училища. Ни о какой приватности разговора в таких условиях не шло и речи.

«Всегда говорила, что я „домный“ ребенок. Однажды меня отвезли к бабушке в деревню. В итоге я расплакалась и вечером уехала обратно. Первый год в училище — переломный. Нужно было привыкнуть быть далеко от семьи. Я попала в такой момент, когда не было интернета, сотовых телефонов. У нас был один стационарный телефон в общей библиотеке, где не поговорить о каких-то личных вещах, не пожаловаться. Это всегда было прилюдно».

Родителям тоже было сложно отпускать маленького ребенка в другой город, но все понимали, что балет — не просто увлечение, а профессия.

«Для всех это, конечно же, был стресс. Но папа всегда говорил: „Или ты будешь профессиональной балериной, или, как все, не будешь знать, кем станешь“. В приоритете была профессия. Была цель, с такого маленького возраста балетные дети понимают, что это их будущее. Они серьезнее относятся к жизни».

Как говорит Нина Маляренко, главное качество артиста балета — стойкий характер. Без него в профессии тяжело, поэтому с детьми в училищах часто обходятся достаточно жестко — формируют внутренний стержень и готовят к суровым условиям жизни в театре.

«Я была в училище нытиком. Во мне мой методист, видимо, видела способности и характер, но я плакала постоянно. Она эти слезы прям выбивала, могла поднять руку. Я постоянно была то в синяках, то в царапинах, но очень благодарна ей за все. Профессия не для слабых. Не надо сюсюкаться с детьми. Где-то надо крикнуть. Бить не нужно, но потрогать и показать, какие мышцы должны работать, — обязательно».

Справиться с трудностями и не сломаться помогло желание добиться успеха в профессии. Нина признается, что расстраивалась, когда кто-то в классе был лучше, чем она. Тем не менее никогда не опускала руки и продолжала работать.

«Меня изначально мама ставила в позицию: либо я первая, либо не стоит пытаться. Она говорила, что держать кому-то юбку в кордебалете — не для меня. У самой меня тоже был тщеславный характер. Я знаю об этом. Всегда тяжело переживала, когда какая-нибудь одноклассница была лучше меня. Это нормально, если не переходит границы».

За всю карьеру только однажды задумалась о том, чтобы уйти из балета. Это было в училище, когда травмировала стопу и пропустила полгода занятий. Вернуться в строй все-таки удалось.

«В училище у меня была небольшая травма стопы. Посадили меня на гормоны, вылечили, и я немного отекла. К тому же пропустила где-то полгода, пока сидела на больничном. В итоге отставала от одноклассниц. Этот момент был переломный. Мама предложила уйти, но, к счастью, как-то это всё прошло, забылось. Выпустилась я с отличием».

После выпуска два года проработала в Новосибирском театре оперы и балеты. Ушла оттуда, когда уволился партнер. Тогда же позвонили из Омска и предложили прислать резюме. Решение о переезде было принято буквально за пару дней.

По словам балерины, Омску не хватает профессионального хореографического училища. В театре работают артисты из других городов, а также выпускники ОмГУ и колледжа искусств, но не у всех из них есть хорошая база классического танца.

«К сожалению, в Омске нет хореографического училища. Это большая печаль, наш город — поставщик талантливых детей. Есть ДШИ, творческие коллективы, а профессионального училища не хватает. Это база, чтобы повышать уровень балета в театре. Выходцы из ОмГУ и колледжа культуры — это всё равно не профессиональные артисты балета. У них нет столько часов классического танца, сколько нужно для театра. Результат хочется видеть выше».

Чтобы развивать балет в Омске, Нина Маляренко открыла школу. Говорит, любит работать с детьми и помогать им.

«Иногда родители приводят ребенка и сомневаются, стоит ли продолжать. Я всегда предлагаю попробовать, обычно получается так, что дети влюбляются в балет. Многие поступают в училища и академии. У меня была цель открыть школу не чтобы заработать, а чтобы развивать детей именно в классическом направлении. Это подготовка к училищу».

В балет берут не всех. Нужно крепкое здоровье, чтобы выдерживать высокие нагрузки во время уроков и выступлений. Не обойтись и без специальных «балетных» данных.

«У детей должны быть определенные физические данные: выворотность, подъем стопы, растяжка, гибкость спины, прыжок, координация движений, чувство ритма. Важно состояние здоровья: хорошее зрение, сердце, всё остальное. У нас колоссальные нагрузки, выносливость нужна максимальная».

Как педагог не раз сталкивалась с ситуацией, когда талантливые дети по разным причинам отказываются ходить на занятия. По ее мнению, родителям в такой ситуации не нужно давить и заставлять, но можно попытаться аккуратно направить в сторону хореографии.

«Ребенок должен делать выбор сам. Понятно, что он не до конца понимает, куда его ведут и зачем. Если он действительно талантлив и способен, родителю нужно не давить, а как-то технично и лаконично направить. Дети могут сорваться, а потом забыть. Для меня, наверное, самое ужасное, что делают мамы, — отдают ребенка в 3 года на балет, чтобы девочка в таком возрасте у станка стояла. Конечно, желание у детей пропадает. Это не гимнастика, где ломают. В 5 лет только ритмика начинается».

У Нины Маляренко есть дочь — 6-летняя Кира. Балерина не заставляет заниматься классическим танцем, потому что у девочки есть другие интересы и увлечения.

«Я не отхожу от своих правил, не заставляю. В профессиональный балет она не хочет, не нравится растягиваться. У Киры хорошо развита речь и память, она ходит в театральный кружок. Тоже творчество, почему бы и нет».

Без травм в балете не обойтись. Часто артисты ставят обезболивающие уколы перед выходом на сцену. Болит спина, ноги, шея, но это никогда никого не останавливает.

«Встреча со зрителем — самое важное для артиста. Ты будешь терпеть что угодно и перебарывать себя. За каждым выходом на сцену стоит огромный труд, насилие над собой. Нужно быть собранным, тогда травм намного меньше происходит».

Получить травму можно и во время репетиции, и во время спектакля. Во втором случае артист обычно дотанцовывает партию несмотря на боль. В критичных ситуациях быстро находят замену. Выступление не останавливают.

«Есть тяжелые случаи. Например, колени вылетают. Тут же другой артист, который знает партию, переодевается и заменяет. Всегда кто-то есть на замене. Если у солиста или солистки что-то случилось, сообщают дирижеру, что нужно убрать какие-то вариации. Когда танцевала в Новосибирске, во время спектакля случился разрыв на подъеме стопы. Во втором акте меня увезли в больницу, за меня встала другая девочка».

Артиста балета видно невооруженным глазом. Узнать можно по идеальной осанке, стройности, особой походке и, конечно, по стопам, которые многие считают некрасивыми.

«У балерин страшные ноги. В первую очередь большие кости на стопах. У меня даже была операция зимой, убирали воспаление на кости. Эта деформация от нагрузки происходит. У тебя нога стоит как будто в пластиковом стаканчике. Она там не дышит, весь вес тела на нее давит. Пальчики друг на друга заходят, мозоли непроходящие. Я не комплексую, потому что ноги — это мой хлеб. Не наденешь же на пляж носки».

Классическим танцем артисты балета занимаются ежедневно по несколько часов, причем независимо от того, есть ли у них сольные партии или они стоят в кордебалете. Каждый выход на сцену — огромная ответственность.

«Каждый день с 10 до 11 у нас общий урок с балетной труппой: разогрев, станок, середина. Отдельный блок — прыжки. Дальше идут репетиции в зависимости от того, какой у тебя спектакль. У кордебалета и солистов отличаются нагрузки, но работают все. Без кордебалета не существует балета. Это главное, что может быть. Кордебалету нужно отдать должное, столько танцевать и стоять в определенной позе, пока танцует солист. Это очень тяжело. Ответственность у всех одинаковая, нужно выкладываться на все сто».

Большинство выпускников хореографических училищ стремятся попасть в театр. В первую очередь ради возможности танцевать и выступать перед зрителями. Больших денег не платят, поэтому практически все подрабатывают.

«У артистов зарплата всегда небольшая. Это не миф, а правда. К сожалению, не очень хорошо это оплачивается. Все по-разному живут, ищут подработки. Часто становятся педагогами или репетиторами, открывают студии. Некоторые девчонки дорабатывают до пенсии и уходят в свои бизнесы: салоны красоты, еще что-то. Сколько есть фантазии, столько и делают».

Нина говорит, что интриги в Омском музыкальном театре остались в прошлом. Раньше могли происходить серьезные конфликты, но сейчас такого практически нет. В основном артисты относятся друг к другу с уважением.

«Уже не то время. Когда-то были в театре интриги, конкуренция, ругань, не здоровались друг с другом. Сейчас такого нет, потому что каждому дают достаточно станцевать. Бывают моменты, когда сталкиваются люди. Здесь дело каждого артиста. Ты должен вести себя достойно, не устраивать скандалы».

Мужчины в балете — отдельная тема. В театре их ценят и берегут, но девушки на это никогда не обижаются.

«Мужчина в балете на вес золота. К сожалению, их очень мало. Они востребованы. К мальчикам и в училище, и в театре всегда особое отношение. Никогда никто не обижался на это, больше смеемся».