Оранжевый ЗИЛ омича Карева: зачем нужна стремянка в кузове и почему он постоянно ломается

Давайте представим: 50–60-е годы прошлого века, в гонке двух сверхдержав что-то пошло не так, и они вдруг поменялись местами. Для обычных советских граждан личные автомобили перестали быть роскошью, но и не превратились лишь в средство передвижения: машины стали красивыми и породили настоящий культ. Их признают классикой почти сразу, а с годами начнут ценить ещё больше. Именно в такой параллельной реальности и место ЗИЛу омского предпринимателя Дмитрия Карева. Он не захотел заряжать машину двигателем в полтысячи «кобыл», сажать её на асфальт, делать в кузове бар с бассейном и укомплектовывать его двумя девчонками в купальниках. В России есть несколько подобных пикапов в стилистике советских грузовиков, но все они построены на базе совсем других машин. От ЗИЛов и ГАЗов там только крылья, двери и крыша. Пикап Карева — принципиально другая история. Дмитрий построил красивый и, насколько это возможно, удобный автомобиль, но это всё-таки ЗИЛ, каким он и должен был родиться, выйди вдруг советская автопромышленность из полусна. Он едет, как ЗИЛ, как ЗИЛ рулится и даже ломается с точно такой же периодичностью. Спасибо Родине за это — В 2014-м, когда в моей голове рождался этот проект, у нас в Омске дороги были убиты просто в хлам. Я думал купить большую машину — того же «Форда» 650-го (это уже полноценный грузовик, настоящий монстр), — но машинам того поколения, которые мне нравились, было уже лет по десять. Я посчитал, получалась просто дикая цифра за растаможку — сама по себе миллионов пять, без учёта стоимости машины. А мне не интересны современные автомобили со всеми этими парктрониками. Почему выбрал ЗИЛ — вопрос риторический. Покажите мне машину, которая так похожа на американский пикап. Он, да, младший брат ГАЗ-53. В общем, поблагодарим наше государство: если бы не было таких таможенных пошлин, я бы купил «Форда», и этот автомобиль не появился бы на свет, — улыбается Дмитрий. Машина 1990-го года выпуска сначала работала в воинской части на Алтае, потом переехала в Омск и возила тут молоко, затем продукты... Последние года три-четыре встала под окнами офиса Дмитрия Карева и мозолила ему глаза. Действительно, почему бы не сделать из старого грузовика модный пикап, существующий в единственном экземпляре? — Как бы мы к этому ни относились, всё равно эта машина — разработка американцев. Изначально я ставил задачу по максимуму сохранить оригинальность, оставить родную раму, коробку, двигатель… Конструктив переделок полностью разрабатывал я холодными долгими зимними вечерами. Да, я инженер — правда, радиоинженер (технолог радиоаппаратуры), — но технологический склад ума никуда не денешь. Мне интересно выстроить технологию. Что-то делал своими руками — например, отделку салона алькантарой (искусственная замша. — Прим. ред.), — рассказывает Дмитрий. Страх нового Нарисовал, ориентируясь на собственное чувство вкуса и обводы кабины, прикинул, что и из чего и как должно вылепиться… И вперёд: сварочные работы и сборка на собственной автобазе. В компании, расположившейся по соседству, набирали из стеклопластика бампера. Металл гнули тоже недалеко. Но первое, с чем пришлось столкнуться — с нежеланием мастеров попытаться сделать что-то новое. — За два с половиной года сто раз сталкивался с такой ситуацией: приходишь к людям, которые всю жизнь занимаются гибкой металла. Просишь — нужно так и так согнуть. Сначала на тебя смотрят, как на идиота, потом отвечают одними и теми же словами: мы такого никогда не делали. Вот мы тридцать лет гнём корыта или печки перпендикулярно, а ты мне тут предлагаешь радиусом. И так с резчиками лазером, токарями… Это же думать надо — но не хотят. Я бы сам сделал, но у меня такого оборудования нет! На счастье, есть и другие люди, — говорит бизнесмен. В общем, если бы у него с самого начала был список людей, которые скажут «да», постройка заняла бы не два с половиной, а каких-нибудь полгода. — Есть у меня знакомый токарь, который на все мои бредовые идеи отвечает: «Да без проблем, после обеда подъезжай, сделаю». Хоть такую дырку просверлить (сгибает указательный палец крючком) — сделает. И всё равно, когда я 21 мая прошлого года выехал за ворота гаража, процентов 30–40 уже переделано. Кузов, например, переделывали полностью. Если сейчас делать вторую такую машину — я уже вижу ошибки, которые неискушённый человек не заметит, — рассказывает Дмитрий. Чему тут ломаться? Всему В итоге ощущения от машины стали совсем другими. Но если вдаваться в детали, понимаешь, что это всё равно ЗИЛ, но такой, каким должен был сойти с конвейера. Пока беседуем с Дмитрием в стороне, наш фотограф Елена Латыпова лазает по машине и норовит запечатлеть каждый винтик — а тут, куда ни глянь, сплошной эксклюзив, второго такого нигде нет. — Что касается мелочей. Вот Лена сейчас дверь закрыла, а я знаю, что у ЗИЛа они захлопываются с совсем другим звуком. — Двери переделывались раза три. Сначала меняли петли, потом перетачивали их. Несколько недель регулировали замки, и в итоге у нас получились новые. Плюс шумоизоляция, подгонка по периметру… И такого — начиная от закрывания дверей и заканчивая приводом педали газа. На ЗИЛе изначально стоит согнутая буквой «Г» проволочка-восьмёрочка: в итоге люфт получается плюс-минус полметра. Мы сделали новую конструкцию, смазываемую, чтобы можно было шприцевать. И сейчас этот люфт равен нулю. Но на поиск ошибки конструктора нужно было потратить две недели. — Ага. В итоге один-единственный предприниматель Карев смог это сделать (пусть за две недели), а целый завод не смог. — Здесь без комментариев. Берёшь новую деталь — и не понимаешь, как люди это делают. Честно. В голову не укладывается. Зачем они делают деталь, которая заведомо не будет работать? Вот, например, элементарный указатель поворота. Что там может ломаться? Нижняя часть, контактная группа и колпак. Но контактная группа сделана так, что её хватает на неделю. Пришлось в итоге сделать свою. Да, этот фонарь стоит 20 рублей. Но он не работает! Ну сделайте, чтобы он стоил 50 рублей, но был сделан качественно! То же самое с дворниками — чему там ломаться? А я за четыре тысячи пробега поменял уже третьи. В масштабах серийного производства это всё можно наладить, и это всё будет ходить, как на «Мерседесах». Убежит — не поймаешь Если заглянуть под капот (только со стремянки, которая лежит в кузове — иначе просто не добраться), сразу в голову приходит поговорка о советских автомобилях: если масло из двигателя не бежит, значит, масла в двигателе нет. А если серьёзно, то зиловские восемь цилиндров в их сегодняшнем виде впечатляют — Карев и их довёл до ума. — Привод дросселя вечный, карбюратор американский, без поплавковых камер. Езжу, как на современной инжекторной иномарке: нажимаю — и машина подрывает. Кстати, изначально на американских прародителях ЗИЛа такой карбюратор и стоял, так что фактически я вернул его на родину. Масло тоже лью американское. А движок полностью перебрали, подогнали развесовку шатунов и поршней. Разница — ноль граммов. С учётом нового карбюратора и выхлопа, думаю, что кобыл двести у него сейчас есть, — рассказывает Дмитрий. Радует, кстати, и расход: на крейсерских 70-ти его ЗИЛ ест всего-то 22–23 литра, и люди, работавшие на этом грузовике, в подобные цифры не верят — слишком мало. Но нужно отметить, что по части динамики иллюзии всё равно отпадают сразу. Да, машина Карева едет шустрее стандартного грузовика, но с легковой ей не тягаться. — Да, конечно, хочется пятьсот кобыл, дать в точку… Но нельзя забывать, что это рамный автомобиль массой четыре с половиной тонны. И на такие скорости не рассчитаны ни тормоза, ни ходовая, ни рулевое. Ты знал, что люфт в десять градусов заложен в конструкции? Никуда его не деть. И если разгонишь машину до 150 — не поймаешь, она у тебя просто убежит, — говорит предприниматель. За того парня Но всё равно Дмитрий говорит, что с удовольствием ездит на этом гиганте по городу. Действительно, ЗИЛ лишь немногим шире «Хаммера» второго поколения, который тоже есть у предпринимателя. Тем не менее, бывает всякое — мы помним, как однажды после дождя ЗИЛ занесло у «Маяковского». Пострадали, к счастью, только забор и стеклопластиковый бампер. После инцидента Дмитрий заложил в кузов 350 килограммов металла и залил его сверху резиной, поставил назад другую резину — шоссейную, в полтора раза шире. Теперь ЗИЛ не кидает задом, как норовистый жеребец. — После этой аварии мне позвонили друзья из-за границы, про существование которых я уже давно забыл. Спрашивают: «Дима, ты чего там творишь? Уже до Испании дошло, что в Омске предприниматель сносит заборы». Ну я же не виноват, что в Омске новостей больше нет... Была, кстати, ещё одна авария, в которой я косвенно поучаствовал: когда в первый раз выезжал из гаража, двое водителей засмотрелись на ЗИЛ и один въехал другому в зад. Да, постоянно приходится смотреть «за себя и за того парня» — из-за того, что, выражая своё восхищение, некоторые лезут под колёса, сигналят, при этом отвлекаются от дороги, и дистанция плавает, — рассказывает Дмитрий. За четыре тысячи пробега уже было порядочно и забавных случаев — это история, когда тяжёлое вождение компенсируется удовольствием от реакции людей. — Однажды иду по трассе, скорость — километров семьдесят. Догоняют сотрудники ДПС, равняются со мной, нажимают на «крякалку» и начинают через мегафон расспрашивать, что за машина, какой движок… Я в ответ им ору в окно. Всё, что хотели, узнали, поблагодарили и дальше поехали, — улыбается предприниматель. Сейчас Дмитрий получает удовольствие от проекта и начинает подумывать о следующем. Но пока не знает, каким он будет. Как говорится, пока «не стрельнуло». — Снова делать ЗИЛ? Да, он получится быстрее, лучше. В этой машине никаких кардинальных переделок уже не будет, но если появится заказ на подобную, кое-что в корне изменю.