«Сначала страшно. А потом шоу»: жители Ростова вспоминают прошлогодний мятеж

Ровно год назад военные колонны ЧВК «Вагнер» заняли центральные улицы Ростова-на-Дону. Самая плотная концентрация их сил возникла на Буденновском проспекте — улице, на которой расположены не только цирк и штаб ЮВО, но и множество магазинов, кафе и точек фастфуда. Корреспондент 161.RU Григорий Ермаков прогулялся по Буденновскому и побеседовал с сотрудниками заведений, чтобы узнать, как им запомнился тот день. Найти людей, заставших приезд «вагнеров», оказалось непросто. Многие точки в тот день оказались просто закрыты потому, что сотрудники не могли попасть на работу. Другие сознательно отказались работать в дни мятежа — видимо, чтобы обезопасить сотрудников. Вот как вспоминает тот день Ольга, сотрудница кондитерской «Панчо.Патисари» по соседству с отделением полиции № 4: — Утром пошла на работу. Не дошла — по пути был блокпост. Я говорю мальчику из ЧВК: «Пропустите», а он ни в какую. Улыбается, говорит: «Идите домой, отдыхайте». Ну хорошо, если отдыхать — а кто объяснительную писать будет моему начальству? Просила объяснение, да какой там… А что было дальше, все видели. Сначала всем было страшно. А потом, после полудня, началось шоу. На танках сидели, катались, — вспоминает Ольга. — Оно всегда так — кто-то играет, а кто-то страдает. В соседнем вечно полном посетителями кафе «Шаурма Маркет» вывести сотрудника на разговор сложно. Очень большой поток гостей, от приготовления шаурмы отвлечься невозможно. Из присутствующих никто не работал в день, когда в город вошли танки. Зато дали телефонный номер одного из управляющих. Тот ответил коротко: «Извините, но комментарий дать не можем — никто из ребят не хочет вспоминать. Да и о чем говорить? Да, заходили военные, да, кормили их. Работали как обычно».В одном из магазинчиков мне сказали, что военные в тот день запретили им открывать продажу. Это объяснили тем, что их точка расположена в подвальном помещении — видимо, чтобы никто не смог там спрятаться. Часто в магазинах мне говорят, что продажа-то велась, да только был тогда на месте другой человек, который уже ушел — то город сменил, то работу. В кафе «Шаурма от Души», где я прятался в утро приезда ЧВК, пока наемники проверяли улицу, надеялся повстречать знакомых — команду поваров, которые через черный ход выводили меня во внутренние дворы на Буденновском. Не получилось. Как сказал сотрудник кафе, та команда полностью ушла — открыли свое дело. Самый подробный рассказ был у Леры, работающей в табачке на углу Красноармейской и Буденновского. Здесь был край оцепления, так что магазин работал свободно. Но пока Лера добиралась до места работы, впечатлений она набралась изрядно. — Девять часов утра, иду на работу. А все дороги по пути закрыты ими (сотрудниками ЧВК. — Прим. ред.). Был такой антураж… Не знаю даже, на что похоже. Это было необычно. Завораживающая ситуация. Все люди будто бы одновременно боялись, но и не боялись. Будто бы это какой-то цирк, — вспоминает Лера. Табачка работает круглосуточно, так что когда Лера пришла на подмену коллеги, то застала ее испуганной. — Мне страшно не было. Поначалу. А когда думали, что в город зайдут чеченцы (полк «Ахмат». — Прим. ред.), тогда испугались, — посмеиваясь, говорит девушка. Сотрудники ЧВК часто заходили в табачку. Не только за покупками, но и за доступом к розетке — заряжали рации. — Ажиотаж был чудовищный! Холодильники просто моментально опустошались. Не успевали их загружать. А потом еще и поставщикам звонить пришлось, чтобы еще подвозили. Когда уточняю у Леры, какой товар был в самом большом спросе, она подмечает деталь. — Примечательно, что в основном люди покупали — им (сотрудникам ЧВК. — Прим. ред.). Брали воду, сигареты. В большинстве — воду. Все бойцы были в теплых вещах, в форме. Было жарко, люди хотели им воды купить. Лера считает, что спокойно справилась с наплывом военных покупателей благодаря тому, что привыкла к людям в форме: часто в табачку заходят сотрудники штаба. А то, что вооруженные, — так и что? Полицейские ведь тоже заходят вооруженные, так бывало. — Как думаете, может такое повториться? — интересуюсь у Леры. — Наверное, уже нет. Хотя...