Дом на костях: история омской «Саламандры», в которой сейчас располагается поликлиника и музей

Дом страхового общества «Саламандра», что находится в центре Омска, чем-то напоминает фасады зданий в Санкт-Петербурге. Всё благодаря арочным галереям, узорчатым карнизам и замкнутому двору-колодцу. Сейчас со стороны улицы Карла Либкнехта там находится поликлиника, а со стороны улицы Музейной — центр «Эрмитаж-Сибирь». За 100 лет своей истории дом «Саламандры» пережил несколько реставраций и серьезную перепланировку, а построили его и вовсе на месте древних могил.

О призраках прошлого, которые прячутся в этих стенах, рассказывает корреспондент NGS55.RU Екатерина Шрайнер вместе с краеведом Игорем Коноваловым.

На дворе 1912 год, одно из крупнейших страховых обществ Российской империи того времени покупает в центре Омска земельный участок. Он был не самым удобным из-за перепадов рельефа, но строительству это не помешало. Уже через два года на этом месте выросло огромное здание в неоклассическом стиле — дом или, как сказали бы сейчас, офис организации со звучным названием «Саламандра».

Каменная штукатурка, высокие этажи, большие окна, просторные кабинеты и залы — всё масштабно, монументально и прочно. А по-другому и быть не могло. Здание, как говорит Игорь Коновалов, соответствует эстетике неоклассицизма, которая проповедовала нерушимость капитала:

— Неоклассицизм — это стиль крупного капитала, причем общероссийского или даже международного масштаба. Начало ХХ века отметилось бурными историческими событиями, которые отразились в архитектуре. Неоклассицизм исповедовал идею, что всё давно изобретено и познано, идеалы красоты постигнуты, а значит, не нужно ничего менять. Точно так же не нужны и социальные потрясения. Всё должно быть незыблемо, стабильно, нерушимо и мощно. Ну а развитие должно идти на основе крупного капитала. Поэтому и архитектура монументальная, несколько тяжеловесная, но при этом изящная в деталях.

Как отмечает историк, многие здания в неоклассическом стиле строились в период нестабильности — годы Первой мировой войны. В этом, по его словам, отразилось желание капиталистов сохранить позиции в обществе:

— Идет война, обстановка в обществе очень нестабильная, появляются революционные течения. Капиталу этого, конечно, не хочется. Капиталисты подсознательно хотели ощущать свою нерушимость. Они как бы говорили: «Мы пришли на века и готовы обеспечить вам стабильность, не нужно никаких потрясений».

Общество «Саламандра» основали еще в 1846 году и с тех пор оно постепенно разрасталось, открывая всё новые и новые филиалы в разных городах. У него даже был собственный штат архитекторов. Всё для того, чтобы здания в разных городах строились в едином стиле и подчеркивали высокий статус организации. Омский дом «Саламандры» спроектировал Николай Веревкин, а его «братьев» в Москве и Санкт-Петербурге — Виктор Величкин и Мариан Перетяткович.

Получить страховку здесь давно уже нельзя, но на фасаде и сейчас можно разглядеть изображение ящерицы — эмблемы общества. Это и есть саламандра, которая, если верить мифам, не сгорает в огне и может тушить пламя благодаря необыкновенно холодной коже. Образ символичный, потому что страховали в «Саламандре» в первую очередь от пожаров. Есть, кстати, и другая трактовка этого символа. Ящерицы в момент опасности могут сбросить хвост, а затем отрастить новый, точно так же те, кто застраховал имущество в «Саламандре», смогут восстановить его, если будет нужно.

На каждом застрахованном здании крепили специальную медную табличку. Это считалось престижным и почетным, потому что позволить себе купить страховку могли только по-настоящему обеспеченные люди.

В нашем городе «Саламандра» проработала недолго — в 1914 году общество открылось для омичей, желающих получить страховку, а уже в 1917-м прекратило деятельность в России. Большую роль в этом, конечно, сыграла революция. И все-таки от «Саламандры» Омск получил неплохое наследство в виде большого красивого здания. В 1918–1919 гг. в нем работала гимназия, а затем — больница. В те времена историческая планировка сохранялась — кабинеты страхового общества просто приспособили под больничные палаты. Кардинальные перемены произошли во время последней реставрации в 2015 году. Тогда в половине здания решили организовать «Эрмитаж-Сибирь» (вторая половина на тот момент уже была занята поликлиникой) и небольшие комнатки переделали в просторные выставочные залы.

К слову, музея, к которому горожане успели привыкнуть, в доме «Саламандры» могло и не быть. Во время реконструкции были разные идеи о том, что можно разместить в этом здании:

— Первым вариантом был Следственный комитет, то есть в «Саламандре» хотели допрашивать подследственных. Правда, потом были вынуждены отказаться от этой идеи из соображений безопасности — когда подследственного завозят во двор, нужно, чтобы ему некуда было бежать и чтобы он ничего не мог натворить. В «Саламандре» это никак бы не получилось. Потом решили разместить там ЗАГС, но и это было неудобно. Зал бракосочетаний был бы на третьем этаже, т. е. всем нужно было бы ходить по лестнице. Одни из зала выходят, другие туда заходят, толпятся — теряется торжественность момента, — рассказал Игорь Коновалов.

Немногие из тех, кто заходил в омскую поликлинику № 1, бывал в сибирском филиале Эрмитажа или просто проходил мимо этого здания, задумывались, насколько древняя земля, на которой оно стоит. А между тем тысячелетия назад здесь жили люди. Омская «Саламандра» буквально построена на костях. Во время реконструкции строители разрыли траншею теплотрассы и среди труб обнаружили захоронения бронзового века. Подобные находки, кстати, были сделаны и в начале ХХ века, когда дом страхового общества только начали возводить. Тогда откопали бронзовый нож, бляху, наконечник стрелы и пять человеческих черепов.

— Когда-то нынешние Омь и Иртыш были намного шире, чем сейчас, но при этом мельче. Через тысячелетия они прорыли себе русла в пределах старой речной долины, однако оно уже более узкое и более глубокое. Отсюда и перепады в уровне почвы. Это граница исторического берега, который существовал еще в глубокой древности. На этом высоком берегу всегда селились люди, — объяснил Игорь Коновалов.

Еще одно захоронение нашли в июле 2017-го. В могиле лежал практически полностью сохранившийся скелет. В одной руке он сжимал нож, в другой — кинжал, а рядом с ним лежал боевой топор. Специалисты тогда решили, что на этом месте похоронили воина или представителя знати — даже после смерти он лежал так, будто готовился к схватке с врагом.

— Идеальное состояние могилы стало для нас приятной неожиданностью. Мы обнаружили большое количество хорошо сохранившихся предметов: оружия, украшений, других предметов из бронзы. Как можно судить, они относятся к переходному времени от бронзового века к железному. Если говорить об «абсолютных» датах, это 27–29 столетий назад — рассказывал об этом археолог Максим Грачев.

Если вы интересуетесь историей родного города, можете почитать другие статьи из рубрики «Исторический ОмскЪ». Мы уже рассказывали о том, как в начале прошлого столетия на Любинском проспекте открылся огромный магазин, а также о непростом строительстве пожарной каланчи.