«Можно переходить к жертвоприношению»: что делают в секретном баре Омска и кто там пьет

Вечер, улица, дверь без вывески — я стою и жду, пока меня заведет внутрь владелец Sixty. Что это такое? Бар, адрес которого не найдешь в поисковике, — информацию добывают через знакомых или соцсети заведения. Когда люди слышат о такой секретности, они смущаются и спрашивают что-то в духе: «А это точно приличное место?» Сейчас проверим.

Местоположение я узнала не совсем по правилам. В идеале — через знакомых, которые ходили туда лично. Но мои товарищи локацией не поделились. В итоге я выяснила адрес напрямую через бар. Мне объяснили, в какое здание попасть и какую дверь найти. Скажем так, она выделяется. Не наклейкой и не рисунком — иначе.

Всё должно было начаться в 20:00. Я добралась тютелька в тютельку. Пока металась вокруг здания в поисках нужной двери, на часах было около 19:55. В октябре в такое время уже темно — это совершенно не помогало. Из уважения к концепции я не раскрываю адрес, но поверьте: заведение прячется не в самом очевидном месте. Окажетесь там — ни о чем не догадаетесь.

Я нажала на звонок. Через пару минут ко мне вышел владелец бара Александр.

«А вы быстро нас нашли, обычно так не у всех получается. Вам в разведчики надо», — отшутился он.

Компанию ему составил специальный гость вечера — бармен Леонид. Первый в тот вечер читал лекцию, второй делал для нас напитки. Меня сразу предупредили: фотографировать для сторис лучше аккуратно — так, чтобы у тех, кто увидит, не сложилась полная картина места.

Первое, на что я обратила внимание, когда меня завели внутрь, — практически кромешная темнота. Сначала попадаешь в прихожую, где можно оставить вещи. Увидеть, куда ты их вешаешь, помогают неоновая вывеска и фонарь над постером.

А потом я шагнула за красную шторку. И тут же поймала себя на мысли: а точно ли это бар? Комната размером с гостиную. Красная шторка, неон, приглушенный свет. Придержите свою фантазию. Здесь только наливают.

Ярче всего освещается барная стойка, выложенная мелкой серебристой плиткой. По залу раскиданы разноцветные кресла с журнальными столиками и фонарями. Кажется, будто все элементы интерьера принесли с барахолки, которая специализируется на предметах из 60-х.

Заведение совершенно не рассчитано на толпу. Когда здесь находятся четверо, создается ощущение, что занята половина комнаты. На фоне играет старая попса и рок на английском. Из-за нее чувствуешь себя героем пафосного фильма, который зашел пропустить бокал чего-нибудь этакого.

Попасть можно только по записи, поэтому случайных людей здесь не бывает. Сюда приходят не чтобы напиться в хлам, а ради красивого вечера. Когда я пришла, за стойкой уже сидела молодая парочка — тихо болтали. Рядом — знакомая владельца и бармена. «Да я только у вас и пью», — со смехом признаётся она.

Последними гостями стали видеограф, снимавший всё для рилса, и женщина — самая взрослая из нас, но при этом заразительно смеялась.

Пока все ждали начала лекции, каждому налили стакан воды и приветственный арбузный шот. «Сладенько, я бы еще выпила», — подумала я. На столах появились закуски: соленые крендельки и две брускетты — одна с сыром, виноградом и грецким орехом, другая тоже с сыром, но с хамоном и вяленым помидором. Растянула я это на весь вечер.

Александр подготовил три листочка с информацией и начал рассказывать. Мы пробежались от истории алкоголя в древности до наших дней. Вот вы знали, что египетским рабам, которые строили пирамиды, полагалось по 4 литра пива в день? Хряпнул — и вперед на работу.

Нам сразу сказали: лекция может продлиться полтора часа, а может и три. Всё потому, что рассказчику можно задавать любые вопросы — они-то и увеличивают повествование. Сидящие вокруг активно этим пользовались. Так, например, случился спор о дистиллированной воде: добавляют ее в напитки или нет. В этот момент мне стало ясно: в алкоголе шарят не только владелец и бармен, но и сами гости. Я же — человек, далекий от мира алкоголя, — о таких тонкостях услышала впервые.

Атмосфера была непринужденной. Все общались на «ты» и не стеснялись шутить. Самая взрослая гостья заметила, как лектор помыл руки, прежде чем дотронуться до бутылки.

— А зачем вы это сделали? — удивленно спрашивает она.

— У нас святые бутылки, — подыгрывает ей бармен.

Владелец не сразу понимает, что к чему, но быстро докручивает шутку.

— Леонид, наше пристанище иллюминатов раскрыто. Двери закрыты, можно переходить к жертвоприношению!

— Осталось только найти кого-то на роль козла, — добавляет гостья.

— Это всегда можно.

Если Александра перебивали, он улыбался и говорил что-то в духе: «Галерка, ну что вы там шумите?»

В какой-то момент начались рассказы о личном. Владелец признался, что по совету друзей-спортсменов пошел на двухнедельный эксперимент — не пил пиво. Хотел проверить, как это отразится на отечности лица. Правда, за это время пару коктейлей всё равно пропустил. Делает ли это опыт чистым — вопрос риторический.

— И к какому выводу ты пришел?

— Знаете что? Ничего. Абсолютно. Лицо либо отечное до сих пор, либо оно у меня такое, со щечками. С весом всё точно так же. Никак это вообще не повлияло.

Пока лектор рассказывал, бармен Леонид весь вечер делал для нас напитки. На пробу дали по бокалу арбузного спритца, негрони и гимлета. Не за один присест — с паузами, чтобы попробовать. Получился путь от сладкого к терпкому, а затем к кислому.

К каждому дринку (так в баре иногда называют напитки) шла его безалкогольная версия.

Где-то между делом наливали по рюмочке «нулевки». Закончили тем же арбузным шотом, с которого начинали. Больше, чем в тот вечер, я, пожалуй, не пила никогда.

«Пить надо, чтобы было стильно, красиво, и ни в коем случае не перебирать. Именно умеренное потребление крепкого и не очень алкоголя может позволить полноценно прочувствовать вот этот вкус. Когда мы напиваемся, получается невкусно, не стильно и крайне плохо для здоровья».

Лекция закончилась ближе к полуночи. Гости начали расходиться: кто-то вызвал такси, кто-то остался докуривать у входа. Я вышла на улицу. Дверь за мной закрылась, и снова стало тихо. Ни вывески, ни таблички — только темный фасад и фонарь где-то вдалеке.

Так я почувствовала себя частью чего-то закрытого, куда пускают не всех, ненадолго выпала из реальности. Посидела в комнате, где никто не смотрит в телефон, где бармен помнит, кто что пьет, где можно обсудить, добавляют ли дистиллированную воду в негрони, и почувствовать себя знатоком. Даже если в этом ничего не понимаешь.

Утром я открыла соцсети бара. Новый анонс, новая лекция, новые коктейли. Подписчиков стало больше. Кто-то еще хочет найти ту самую дверь. Что ж, удачи. Дверь заметить можно. Но не по наклейке и не по рисунку — иначе.