Омичам показали письма с фронта

На календаре — 80-я годовщина Победы в Великой Отечественной войне. Практически не осталось в живых непосредственных участников тех событий — ветеранов. Однако в музеях сохранились настоящие реликвии — письма, которые бойцы писали родным с фронта. Корреспондент NGS55.RU Сергей Энквист ознакомился с письмами бойцов, которые нам предоставили Музей омского аэропорта и Музей просвещения. В преддверии юбилея Победы письма стали частью выставок, открывшихся в учреждениях культуры. К слову, почти на всех письмах стоят штампы: «проверено цензурой». В годы войны переписка солдат с родственниками строго контролировалась. Враг в виде коварного Бармалея Вадим Михайлович Физиков — известный в городе ученый, заслуженный работник высшей школы России, кандидат филологических наук, преподаватель ОмГПУ, отметивший в 2023 году 85-летний юбилей. Как и у всех представителей его поколения, отцы воевали на фронте. Не стал исключением и Михаил Васильевич Физиков, регулярно писавший родным в Омск письма, вплоть до гибели в марте 1944 года. Многие из них сохранились в запасниках Омского музея просвещения. В сентябре 1941 года Михаил Физиков ушел на фронт, и 4-летний Вадим с нетерпением ждал каждой весточки от отца. В одном из них Михаил Физиков сравнил фашистов с Бармалеем: «Дорогой Вадя, это твой папа. Он убьет Бармалея, который хотел Айболита съесть, и тогда придет домой. А когда папа придет к Ваде, будем играть в базар, танки и врача, а также пойдем с тобой в кино и будем по улице кататься на лыжах. Вадя, маму слушайся и слушайся Олю. С ребятишками не дерись. Поцелуй маму за меня. Я тебя целую. Твой папа». Не менее трогательные письма Михаил Физиков адресовал и супруге Тамаре 8 мая 1942 года. «А знаешь, милая, как мало, оказывается, нужно человеку: немного тепла, место, где можно лежать, и всë. Только сейчас начинаешь по-настоящему ценить свой письменный стол, лампу с мягким, но сильным светом, кресло, а уж о постели и говорить нечего. — Далее он пишет о том, как теперь научился ценить время. — Особенно мне жаль времени, безвозвратно погибшего. Сколько можно было работать, сколько писать! Нет, проклятая обломовщина заедала». Ученый-филолог Михаил Физиков на 1-м Украинском фронте стал начальником штаба стрелкового полка, его наградили орденами «Суворова III степени», «Красной Звезды», «Отечественной войны II степени». Михаилу Васильевичу Физикову не суждено было вернуться домой — погиб в боях на территории Украинской ССР в марте 1944 года и похоронен в селе Струга Хмельницкой области. Омский летчик, не захотевший расстраивать родных Еще одно письмо с фронта хранится в Музее истории омского аэропорта. Автор строк — летчик, штурман аэропорта Сергей Краснопевцев, который в числе омских пилотов с первых дней войны участвовал в боевых действиях, занимался снабжением партизан. В 1944 году Сергея Краснопевцева серьезно ранили в шею, сгусток крови закупорил вену, только благодаря этому он не истек ею. Находясь в госпитале, летчик написал письмо родным. В те годы многие раненые старались не расстраивать родственников, поэтому часто писали не о тех ранениях, которые получили на самом деле: «Здравствуй, дорогая мама! Не мучайся и не удивляйся тому, что пишу не сам. Сейчас я тебе всë объясню по порядку. 26-го числа мне чуть-чуть царапнуло правую руку и ее забинтовали. Но ты и сама понимаешь, что писать неловко. Живу, как и прежде, всë нормально, от Миши не получал писем с месяц. Вчера от тебя получил письмо от 7-го прошлого месяца. Как бинты снимут, напишу подробно. В доказательство того, что рукой я могу двигать собственноручно, распишусь. Будь здорова, целую тебя, Сергей. 31 октября 1944 года». После войны Сергей Краснопевцев вернулся в Омск, где трудился штурманом в аэропорту. «Угроза смерти с каждой минутой тяготит» Именем Валентины Бархатовой в Омске назвала улица в Советском округе. Девушка, мечтавшая стать летчицей, геройски погибла в боях за Крым в мае 1944 года. Весной того же года Валентина Бархатова написала родным, проживавшим в Омской области, проникновенное письмо. В нем она рассказывает о самочувствии после ранения и обращается к родным, в том числе Павлу — брату. Еще двое братьев Валентины Бархатовой — Михаил и Константин тоже участвовали в боях. «Здравствуйте Мамочка, Павлик, Мария, Валерия, Лариса, Виталечка. Я уже выздоравливаю и пишу Вам чаще. Не писала, потому что не было никакой возможности. Нахожусь на подступах к городу, который защищал Костя. Живу в горном татарском ауле, пойду сегодня в санчасть и узнаю, когда будут вынимать осколки», — сообщает в письме Валентина Бархатова. В том же письме, датированным апрелем 1944 года, Валентина Бархатова рассказывает о том, что на крымский поселок, где расквартирован ее полк, продолжают сыпаться снаряды, случаются и обстрелы. «Вчера ночью бомбили аул, артиллерийские снаряды тоже долетают. Так что война остается войной, кровь, жертвы. Сегодня была большая артподготовка. Илы (самолеты) штурмовали край немцев, может, скоро штурм города». Интересуется девушка и тем, что происходит дома. «Интересно, мама, как у вас там с огородом, сколько вы собираетесь садить картошки, не улучшилось ли положение с хлебом Фотокарточки от вас тоже не пришли еще. Мамочка! Ты, наверное, там совсем замучалась, надо как-нибудь выбраться из этой проклятой Сибири. Не знаю, сумею ли я помочь вам. Ну как-нибудь вдвоем с Мишей… Пишет он, что какая-то награда причитается ему. Вот было бы хорошо». Последние строки в письме — самые сильные, наполненные тревогой и переживаниями. «Угроза смерти с каждой минутой тяготит, надоело. И страшно представить, что многих нет. И что в мире так много дураков, устроивших миру такое кровопролитие». Буквально за день до гибели Валентина Бархатова написала родным еще одно письмо, ставшее последним в ее короткой жизни. «Здравствуйте, дорогие мама и Павлик! Пишу в танке. Над головой пролетают снаряды — это артиллерия наша бьет по фашистам. В воздухе полно авиации: штурмовики проносятся над землей, вьются „ястребки“. Началась работа! … Правда, противник огрызается, но мы Севастополь возьмём!.. Мама, прошу тебя, не беспокойся и не плачь. Это письмо придет домой, когда всë уже кончится. Узнала, что «Артек» цел. Я работаю на том же танке. Видимо, завтра решит многое. Передавайте привет учителям, учащимся. Павлик, пиши чаще. Пишите — получили или нет фото. А сейчас мы готовимся к наступлению. Целую вас крепко». На следующий день — 9 мая 1944 года вражеский снаряд попал в танк Валентины Бархатовой. Экипаж погиб на месте. До Дня Победы оставался ровно год. Обращались к омичам через газеты В годы войны омичи писали письма не только родным, но и в газеты. Через них военные обращались к тем, кто трудился в тылу. Одно их таких писем было написано в апреле 1942 года лейтенантом Мухиным в редакцию газеты «Молодой большевик». Оно хранится в Омском музее просвещения. «Дорогие товарищи! В день Первого мая шлет вам свой первомайский привет! Близится час окончательного разгрома фашистской Германии. Но Красной армии требуется еще больше вооружения и боеприпасов. Дайте его фронту как можно больше! Ширьте соревнование за перевыполнение правительственного плана! Выполняйте с честью все требования фронта! Держите прочную связь с фронтом. Товарищи колхозники! Проведите посевную кампанию 1942 года на отлично. Добейтесь первенства в соревновании передовиков сельского хозяйства. От имени красноармейцев из Омска лейтенант Мухин». К сожалению, о судьбе лейтенанта Мухина ничего не известно. Нет информации даже о том, какое имя было у бойца. А вот его письмо вошло в историю Великой Отечественной войны и навсегда останется на память потомкам. NGS55.RU благодарит за помощь в подготовке материала Омский музей просвещения и пресс-службу Омского аэропорта.