Бойцу, вернувшемуся с СВО тяжелым инвалидом, предложили заселиться в убитую квартиру без света, воды и газа

Мы рассказывали тяжелую историю выпускников уральского детского дома Виктора и Семена Баутиных. Их мать лишили родительских прав, а самих братьев изъяли, после того как они несколько дней провели одни в запертой квартире и чуть не погибли от голода. При этом за детьми закрепили право пользования муниципальной квартирой, где они жили в детстве. Чиновники и коммунальщики предложили свой вариант помощи близнецам из Екатеринбурга, один из которых вернулся с СВО тяжелым инвалидом. Об этом нашим коллегам из E1.RU сообщил второй брат, Семен Баутин. Однако после выпуска из детского дома они так и не смогли туда заселиться. Из-за огромного долга в квартире было отключено электричество, не было стекол в окнах, сантехники. Ребята сначала ночевали у знакомых, потом десять лет жили на работе, затем снимали жилье. Когда объявили частичную мобилизацию, Виктор пришел в военкомат объяснить, что он живет не по прописке. Ему вручили повестку. Семен в это время уже год как лежал в больнице, у него диагностировали тяжелое заболевание легких. Виктора тяжело ранило в зоне боевых действий. В луганском госпитале врачи спасли ему жизнь, но при операции пришлось удалить часть черепа. Сейчас раненый лежит в госпитале Бурденко, его состояние по-прежнему стабильно тяжелое. Работать и снимать жилье братья уже не могут: Виктор нуждается в круглосуточном уходе, кроме Семена, ухаживать за ним некому. Семен рассказал E1.RU, что ему просто некуда везти немощного, лежачего брата-инвалида. После публикации E1.RU с Семеном связались и предложили свою помощь депутаты, представители аппарата уполномоченного по правам человека и российского Комитета солдатских матерей. Вышли на связь и чиновники с коммунальщиками и представителями районной соцзащиты. Как рассказал Семен, ему предложили решить вопрос с муниципальным жильем, где прописаны оба близнеца. С декабря оно было опечатано администрацией района. Несколько дней назад в квартиру на первом этаже на улице Таганской вместе с Семеном приехала делегация. Печать сняли, входную дверь открыли. — Были представитель управляющей компании, начальник из администрации района, сотрудница из соцзащиты, — рассказывает Семен. — Осмотрели квартиру, сказали, что всё не так плохо, как написано в статье [на E1.RU], вручили ключи от квартиры, сказали: заселяйтесь и живите. Сотрудница соцзащиты спросила, а как быть с тем, что всё отключено: нет ни воды, ни газа, ни электричества? Ей ответили, что подключат, как только будет погашен долг. По закону холодную воду и отопление за долги отключать нельзя. Видимо, холодное водоснабжение просто перекрыли для безопасности — в квартире никто не жил, через разбитые окна туда залезали бездомные, ночевали там. А вот все остальные коммунальные услуги за большой долг могут быть отключены. На сегодняшний день общая задолженность за коммунальные платежи у братьев — больше двух миллионов рублей. Из них — миллион коммунального долга и больше миллиона пени по нему (документ есть в распоряжении редакции). Несмотря на то что братья не жили в квартире ни дня, плата за коммуналку также начислялась и им. Сейчас квартира забита мусором и хламом, вместо оконных стекол на некоторых окнах натянуты куски рекламного банера и пластиковый материал для теплиц — как рассказали в администрации, окна закрыли, потому что туда стали залезать бездомные. Лишь одна из комнат расчищена от мусора — видимо, там относительно недавно кто-то жил. Семен предполагает, что это помещение сдавала в аренду мать. По его словам, когда в 18 лет они только вышли из детского дома, квартира была в таком же запущенном состоянии: грязь, хлам, без воды и электричества, плюс огромный долг. Сохранились фотографии тех лет. Если бы право проживания тут было только у братьев, они бы решили за эти годы проблему: отремонтировали, приватизировали, жили или продали. Но в той квартире было прописано восемь человек: сестры, их дети и мать, с которой братья не общались. Если бы была дружная, крепкая, единая семья, они бы вместе обо всём смогли договориться. Но, как видите, тут совсем другой случай. В итоге Семену предложили подписать соглашение о реструктуризации долга, по которому ему предстоит выплатить два миллиона (напомним, долг общий, на всех, кто там прописан) в течение примерно 20 лет. В месяц получается около 20 тысяч рублей. Кстати, несмотря на отключенные услуги, плату за них продолжают начислять по полной. И всё по закону — в соответствии с 354-м постановлением, нужно обратиться с заявлением о снятии начислений либо с заявлением о проведении перерасчета. Если такого заявления нет, начисления продолжаются. Семен пока отказался подписывать соглашение: говорит, что не знает, как поступить. — Сказали, что им неважно, кто и как будет оплачивать долг. Главное — чтобы он был погашен. Представьте, я буду платить весь долг с пенсии по инвалидности, брата или своей (у Семена также инвалидность, из-за заболевания легких. — Прим. ред.), при этом мать будет иметь точно такое же право жить в этой квартире и в любой момент сможет заселиться, когда нам подключат свет. Но мне сказали: «Вы люди взрослые, сами обо всём договаривайтесь с родственниками, с семьей». С какой семьей? С матерью? Семен видел мать десять лет назад на одном из судов по коммунальному долгу, в детском доме она их не навещала. С сестрами отношения хорошие, созваниваются, но у них своя жизнь. Когда-то братьев и сестер разлучили, вопреки закону отправили в разные детские дома, поэтому они выросли отдельно. Если смотреть на ситуацию объективно, то ни чиновников, ни коммунальщиков упрекнуть не в чем. Говоря официальным языком, они действуют в рамках своих полномочий. Много лет назад, когда братья только выпустились из детского дома, в администрации и соцзащите работали совсем другие люди, а сейчас всё по закону. В убитую квартиру бойца не заселят Свердловский депутат Госдумы Жанна Рябцева заверила: никто не поселит Виктора в эту жуткую «детскую» квартиру без света и с огромным долгом. Она созвонилась с Семеном Баутиным после нашей публикации и взяла на контроль эту историю. — Сейчас мы с юристами готовим пакет документов по поводу выделения жилья. Однозначно не может быть и речи о том, чтобы вселять тяжело раненного бойца в ту квартиру. Долгие судебные тяжбы по поводу предоставления жилья (как сиротам) — тоже неподходящий вариант. Ситуацию надо решать точечно, индивидуально. Подойти на общих основаниях нельзя. Например, бессмысленно рассуждать о том, что братья сами пропустили все судебные сроки, когда через суд можно было отстоять права на жилье (Виктор пытался получить другое жилье, но проиграл суд, поскольку обратился после 23 лет, когда законный срок уже вышел. — Прим. ред.). Да, случилось так: были пропущены сроки, они оказались в непростых обстоятельствах, значит, отматываем клубок назад и начинаем разбираться и решать, — объяснила Жанна Рябцева. — По поводу жилья лично будут встречаться с мэром Екатеринбурга Орловым. Если надо, будем решать с губернатором. Нужно нормальное место для жизни, с пандусом для коляски, чтобы рядом было нормальное удобное место для прогулок. Он не должен сидеть в замкнутом пространстве. Ту убитую квартиру надо забыть. Единственное, нужно решить проблему с долгом, чтобы у них не было никаких обременений. Этим также занимается наш юрист. Депутат заверила: если вопрос с квартирой не решится до возвращения Виктора из госпиталя, ему предоставят временное жилье — в нормальном состоянии, оборудованное специальной кроватью. В ближайшие дни Семен приезжает в Москву, в госпиталь к Виктору. — Вместе с Семеном мы поедем в госпиталь, познакомлюсь с Виктором, конечно, знакомство пока будет без слов (речь к нему пока не вернулась. — Прим. ред.) — говорит Рябцева. — Сейчас мы на связи с лечащим врачом госпиталя. Всё, что касается медицины, под контролем медиков. Дальше предстоит долгий процесс реабилитации. По линии военной медицины в этом плане проблем не будет. При необходимости подключим гражданскую медицину. Наедине с проблемами их теперь точно не оставим. Сейчас Следственный комитет расследует уголовное дело по статье «Халатность» и выясняет, почему никто не проконтролировал, что выпускникам детского дома предоставили жилье, непригодное для жизни, и они оказались на улице. Прочитайте непростую историю Семена и Виктора — как они после выпуска из детского дома чуть не замерзли на улице и кто их спас. 21 февраля президент Владимир Путин, оглашая послание Федеральному собранию, предложил создать государственный фонд помощи семьям погибших бойцов и ветеранам СВО. Он будет координировать такие вопросы, как предоставление социальной, медицинской, психологической поддержки, решать вопросы социально-курортного лечения и реабилитации.