Быть женщиной: как прессовали красивую девушку-дизайнера, а она взяла и создала знаменитый бренд

Ася Мальберштейн — известный российский дизайнер. Ее карьера началась лет 15 назад с производства архитектурных сумок и рюкзаков из дубленой кожи. Потом девушка всё потеряла, и ей пришлось перепридумать себя заново. Сейчас у нее успешный бренд игровой, будуарной и в то же время ироничной одежды для дома и не только. Читайте, как стать предпринимателем, сколько миллионов нужно, чтобы запустить бизнес, что ждет российскую моду и как одежда может влиять на состояние. Начать свое дело может не-дизайнер Российские бренды готовятся к расцвету. Это логичный шаг покупателя — обратить внимание на наших, когда «чужие» покидают рынок. И вот те лейблы, что раньше мелькали в соцсетях, уже прочат на место гигантов. А они гиганты и есть. Российского дизайнера Асю Мальберштейн знают по марке начала 2000-х Asya Malbershtein, право на которую девушке пришлось доказывать в судах, столкнувшись с изнанкой модного бизнеса, который тогда только становился на ноги. Откаты, рейдерские захваты, отголоски лихих 90-х — было всякое. Предприниматель прошла суровую школу, получив зачет по всем дисциплинам. Затем Ася, как она говорит, охладела к мастерской кожаных изделий и основала новый горячий бренд Тo be Woman. В ее творения влюблены десятки тысяч женщин, которые чувствуют себя в этой одежде сексуальными и расслабленными. При этом профильных знаний у Аси не было. — У меня фундаментальное архитектурное образование. Переход из архитектуры в сферу моды был долгий, не могу сказать, что они близки. Я знала, как делать чертежи и лекала, и это всё. Считается, что дизайнер должен тренировать насмотренность. Ася не согласна. Она, наоборот, стремится «сохранять пустоту», для этого отписалась от всех аккаунтов коллег. А еще важно быть предпринимателем, не только творцом. — Я вижу любой бренд не как систему. С первого дня я создавала именно структуру, а не продукт. Всё начинается с идеи, потом она обретает форму. А дальше думаешь, какой должен быть сайт, название, что хочешь нести в мир и для кого. У меня абсолютно структурное мышление, и, наверное, отчасти мой успех связан именно с этим — я вижу матрицу, понимаю, как собрать команду. Сколько нужно денег для запуска Деньги — топливо для движения, мы живем в материальном мире, подчеркивает бизнесвумен. Признается, что вкладывала немалые суммы, около 3,5 миллиона рублей. Но уверена, что любой бренд можно запустить и за меньшие деньги. — Главное — понять, как вы хотите развиваться. Я это делала через собственное производство. У нас есть и бренд, и товарный знак, и соцсети. Всё это требует инвестиций. Но сердце — в производстве. Оно первично, остальное наращивали вокруг него. Быть женщиной To be Woman не конкурирует с прошлым брендом Аси, девушка намеренно избегала параллелей и создавала всё с чистого листа. — Это бренд расслабленных вещей. Начали мы с белья, потом перешли на домашнюю одежду, а сейчас делаем такой сегмент, который сложно отнести к какой-то категории. Он на стыке между домом и городом. Просто это гардероб, в котором комфортно жить и проводить свое время. Концепция идеально вписалась в ожидания рынка. Можно сказать, что Ася предсказала будущее. Марка родилась незадолго до пандемии, и как раз такое смещение и произошло: когда просыпаешься, набрасываешь на себя что-то удобное и приятное телу, в этом же можно проводить созвоны по работе, а потом выйти прогуляться. В пандемию занялись кимоно Ковидную тему не затронуть невозможно. Локдаун серьезно изменил мировую экономику, и это ударило не только по глобальным брендам. Локальным производителям тоже пришлось приспосабливаться. Получилось сложно, но интересно, потому как с первого плана неожиданно стерлись вопросы денег и уловок, как пережить непривычные времена, не слишком туго затягивая пояса. — Два года мы занимались реставрацией настоящих, аутентичных японских кимоно, которым сто, а то и более лет. Через нас прошло две сотни ценных реликвий. Когда Япония закрыла границу, всё встало на паузу. Тогда мы на основе этих кимоно разработали абсолютно уникальную выкройку. Наши кимоно полностью повторяют японские. У нас даже есть отверстия под рукавами, это позволяет надевать кимоно как кейп. Модели адаптивны, их можно носить в современной реальности. И дома ходить, и выйти на улицу, в ресторан. А можно примерить и прожить архетип гейши. В кимоно чувствуешь себя по-другому, меняется состояние. Наш бренд как раз про состояние. Русский стиль — это самовыражение При этом Ася соглашается, что люди теперь покупают не продукты, а тянутся к энергии и истории, которая стоит за вещами. Возможно, в этом и есть та самая «русскость», а точнее, «самость», к которой стремится каждый творец, нащупывая свой путь. — Мы сейчас идем в сторону упрощения, к осознанности покупок. Всё чаще от покупателя можно услышать, резонирует или не резонирует ему в данный момент вещь. Человек уже «наелся» и перезаполнил шкафы. Больше никто не хочет покупать платья на один раз. Вещь должна быть обязательно удобной, не сковывать движение, универсальной. Хорошо себя продолжат чувствовать околоспортивные марки либо выстрелят те, что производят бесшовную одежду, предсказывает Ася. Всё, что касается нарочитой красоты и сложности, уходит, а вещи будут сразу закрывать несколько потребностей. И может показаться, что дизайнер говорит о некой типизации. Но попробуйте представить себе такой гардероб — или, возможно, он уже у вас есть. И вы заметите, что как раз так можно масштабно раскрыть себя как личность и транслировать позицию. Одежда-манифест, одежда-характер. Такой он, русский стиль нового времени.