Репортаж из частника в центре Омска, который тонет в грязи

Середина весны. Теплые куртки и тяжелые ботинки в сторону. Настало время плащей, ветровок и кроссовок. Днем 15 апреля погода в Омске радовала. На улице было тепло, дул легкий ветерок. Красота. Но все-таки есть у весны один побочный эффект. Весьма неприятный. И жители омского частника хорошо с ним знакомы. Пока в кюветах тают остатки снега, а на деревьях распускаются почки, улицы частного сектора тонут в адской грязи. Корреспондент NGS55.RU Вячеслав Кумпан отправился в частник в центре города. Что он там увидел и чем впечатлился — в его репортаже. «Это еще сейчас чисто!» Трамвай № 7 добрался до Челюскинцев и остановился у 3-й Ремесленной. Водитель подождал, пока все желающие, коих было немного, покинут вагон, и буднично покатил дальше, оставив меня и фотографа в глубине района. Я думал, что с грязью мы опоздали. Как ни крути, а город сохнет быстро. Но 15 апреля, после пары морозных ночей, масштаб увиденного по-настоящему впечатлял. Улица Челюскинцев, самая живая в этом районе, представляла собой одно сплошное месиво вперемешку с лужами. Как берег озера Эбейты, но без соли и целебного эффекта. Днем людей практически не было, но оно и понятно. Одни на работе. Другие, должно быть, слишком умны, чтобы выбирать улицу вместо дивана. Смотрю по сторонам и вижу женщину средних лет. За ней плетутся два школьника. Они идут по сухому асфальтированному тротуару. Вообще, слово «сухой» сложно применить к чему-либо на Челюскинцев, но тротуар и правда был в порядке. — У вас каждый год так грязно? — останавливаю ее вопросом, хотя ответ мне известен. Женщина взглянула на меня, как ветеран на новоприбывшего, вежливо улыбнулась и начала говорить. — Каждый год! Но это еще сейчас чисто! Неделю назад было хуже, — выдала она. — А как спасаетесь? — продолжил я. В ответ женщина молчаливо указала пальцем на свои галоши. Затем опустила взгляд на обувь детей. — Вот, посмотрите на их кроссовки. Очень грязные. Село в городе По сути, этот частник расположен в центре города. Отсюда до ТЦ «Триумф», как и до улицы Герцена, можно дойти пешком. По здешним улицам гуляешь с чувством, будто попал в село. И только трамваи, приходящие на остановки, выпадают из общей картины. Больших домов и коттеджей, как, например, на Северных, здесь не увидишь. На глаза попадаются типичные жилища разного состояния — от симпатичных домиков, где видна рука хозяина, до запущенных халуп. В районе Челюскинцев брошенные и разрушающиеся дома — не редкость. В некоторых давно покосились крыша и стены. Еще на многих улицах нет асфальта. Отсюда и результат: весной по дорогам ни пройти ни проехать. Зато в частнике есть церковь и две школы. Во время прогулки мы встретили немало детей, которые аккуратно шли по дорогам, стараясь не угодить в грязь. Не у всех это получалось. Улицы Луганскую и Ремесленную разворотило так, что порой приходилось останавливаться и продумывать каждый шаг. Временами мимо меня проезжали машины: водители ехали медленно. Они ведь тоже рискуют. Вряд ли кому-то хочется застрять в яме или свалиться в кювет. Минут пять спустя мне везет встретить еще одного собеседника. Пожилая женщина, приветливая и улыбчивая. Рассказала, что увиденное нами — цветочки по сравнению с тем, что было неделю назад, когда в городе шел снег и дождь: — Спасаемся сапогами и галошами. А больше и никак! Кто-то надевает целлофановые пакеты. Я так делала, когда была моложе. Я уже человек пожилой, и мне бы хотелось увидеть хотя бы щебеночную дорогу. Она рассказала, что местные пытаются своими силами решать проблему. Мужчины привозят кирпичи и строительный мусор, чтобы залатать ямы и другие труднопроходимые места. Ранее люди собирали деньги, чтобы один из участков засыпать асфальтовой крошкой. — Вот эта дорога по Луганской до Госпиталки — на нее люди скидывались. А что толку? Всю крошку выбивает с дороги. А у нас там вообще… Мы кирпичами дорогу закладываем. Жильцам приходится заранее планировать свой маршрут до остановок. Наученные опытом, они давно понимают, где и как нужно пройти, чтобы понести минимальный урон от весенней грязи. — Я уже, например, выучила, где, когда и в какое время мне ходить. Порой легче по 1-й Береговой — и туда, на Октябрьскую. А теперь я здесь выхожу. На Госпиталку, вдоль и вперед. Вот, сегодня не замаралась! — улыбается женщина. «Да тут всю жизнь грязь» Стою на перекрестке и вижу, как другая женщина, одетая в белую куртку, аккуратно, широкими шагами пытается перейти дорогу по Челюскинцев. Дойдя до трамвайной остановки, она начинает старательно оттирать свою обувь от грязи. Ей, должно быть, есть что сказать. — Так и ходим, — кратко бросила она в мою сторону, а затем разговорилась. — В резиновых сапогах. Да тут всю жизнь грязь. А когда в домах стали газ проводить и разрыли улицы, еще хуже стало. Хоть бы кирпичами завалили улицу. Всё плохо — особенно там, где машины грузовые ездят. Она говорит, что, помимо грязи на дорогах, есть в районе еще одна проблема — транспортная. Уехать отсюда можно лишь двумя способами — на трамвае № 7 и автобусе № 45, который останавливается на Арктической: — Транспорта сюда больше надо. Плохо ходит, не уедешь отсюда. Я всю жизнь пешком хожу. Транспорт не дождемся! Люди, с которыми я общался, живут здесь долгие годы. И все они говорят, что весной грязь на дорогах появляется из года в год. Но, несмотря на это, к непростым условиям они так и не привыкли. Нельзя свыкнуться с тем, что приходится ходить по безумному месиву и постоянно, из раза в раз перемывать обувь. Вот только вряд ли в ближайшие годы что-то изменится. По крайней мере, местные в это слабо верят. Остается только одно — уповать на солнце. Оно обязательно подсушит дороги и вернет им прежний вид.