«Как я могу платить за этот сарай?»: омичка показала, как живёт в разваливающемся довоенном бараке

Одноэтажный барак на улице 1-я Береговая построили ещё до войны, и теперь он медленно разрушается — НГС.ОМСК узнал, как в таких условиях живёт женщина-инвалид с дочерью.

Кирпичный барак на улице 1-я Береговая, 51А прячется в глубине частного сектора возле Оми, но найти его не очень сложно. Низенькая одноэтажная постройка со множеством дверей расположилась во внутреннем дворе, как будто сошедшем с кадров советских фильмов.

41-летняя Оксана Весенева живёт в бараке 1940 года постройки с самого рождения. Уже тогда дом находился не в самом лучшем состоянии — по словам женщины, в 1961 году он начал обваливаться, и его обложили снаружи кирпичом.

— В нём ещё моя бабушка жила, когда она с семьёй сюда заехала, я не знаю. Она рассказывала, что это было временное жильё для работников «РСУ связи», им потом пообещали квартиры дать. Но, как обычно, то, что временно, оказалось навсегда, — рассказала Оксана.

До 1994 года Оксана жила в 9-й квартире, а затем ей дали разрешение на то, чтобы переселиться в соседнюю (под номером 8), хозяйка которой умерла. По словам женщины, раньше в их доме делали косметический ремонт, был дворник и туалет на улице. Сейчас же всего этого больше нет, а из-за соцнайма «ОмскВодоканал» не даёт разрешения на то, чтобы подвести к дому водопровод, поскольку земля находится в муниципальной собственности.

— Сейчас мы уже не платим ни за что, кроме света. Все конторы, которым наш дом принадлежал, развалились, и мы теперь относимся к администрации. Мне однажды в администрации предлагали другое жильё по соцнайму, но при этом меня бы выбросило из очереди на жильё. Я говорю — вы такие интересные, шило на мыло мне менять что ли. Предоставите такую же рухлядь, а из очереди выкинете, — пояснила Оксана.

В последний раз квитанции за найм жилья приходили в июле 2003 года, кроме того, в феврале и марте 2015 года счета выставлял «Городской жилищный центр».

— С тех пор больше подобных квитанций не приходит. Да и я сказала, что больше ни за что не буду платить, потому что как я могу платить за этот сарай? Мы с дочерью вдвоём здесь живём, чтобы протопить дом, каждую зиму нужно 15 кубометров дров плюс обогреватели. Здесь очень холодно, отовсюду дует — я плинтусы сама оторвала, пеной запенила, но толку никакого нет, — развела руками омичка.

Оксана стоит в очереди на получение жилья, но за прошлый год она продвинулась всего на 800 мест наверх и сейчас находится на 21 990 позиции.

— Я постоянно хожу с домовой книгой, чтобы подтвердить очередь, когда ребёнок паспорт получал, то же самое пришлось делать. Каждый год детское пособие переоформляла, сейчас уже нет, потому что до слёз меня доводят — говорят, что «левые» документы приношу. Всё до скандала доходило, пока какой-нибудь сотрудник не приходил на помощь, не давал справку, — пожаловалась женщина.

По словам Оксаны, когда она в первый раз обратилась в администрацию, ей заявили, что барак уже снесли, а всех людей расселили. Затем ей предложили подать документы на признание жилья аварийным.

— У меня такие соседи, что никому из них ничего не нужно. Одной тяжело собирать. Куда я только ни ходила — и в «Оплот», и в «Единую Россию», даже к Полежаеву когда-то пыталась на приём попасть. Меня не пустили, мол, я не так одета. Я сказала — извините, у меня нет денег, чтобы одеваться под ваш статус. Вот справку брала, что дом не является памятником культуры. Хлопотала за все квартиры с первой по десятую, — рассказала омичка.

Оксана — инвалид третьей группы, у неё аномальное содержание гемоглобина в крови. По её словам, на пенсию в восемь тысяч прожить невозможно — нужно покупать дрова, содержать ребёнка и хоть как-то ухаживать за домом. О своём лечении женщина уже и вовсе не думает.

— Я не покупаю себе лекарства никакие. В аптеках и нет, я должна лежать в больнице, в гематологии постоянно наблюдаться, но я не могу себе этого позволить, потому что там половина [затрат] за свой счёт — на восемь тысяч такого не сделать. Я подрабатываю администратором в кафе — мне нельзя работать, но других вариантов нет, как-то же надо жить, — вздыхает Оксана.

В 2015 году женщина вместе с дочерью отправилась жить к друзьям и вернулась обратно в барак лишь этой зимой.

— По друзьям тоже жить не вариант. Я раньше бегала, бегала, пыталась получить жильё, потом руки опустила — оказалось, что не могу никуда перепрописаться, даже здесь (в бараке. — В.С.) живу в одной квартире, а прописана в другой. Пришла в паспортный стол, а там говорят: «Скажи спасибо, что вообще прописка есть», — пояснила Оксана.

Капитальный ремонт в комнате сделать практически невозможно — потолок и пол в бараке общие, поэтому, если заново перекладывать стены, можно навредить соседям. Общий туалет, который стоял на заднем дворе дома, снесли несколько лет назад — вместо него жильцам предложили оборудовать выгребные ямы в сараях, где они хранят дрова. Именно поэтому, по словам Оксаны, некоторые люди попросту выносят всё в ближайшую канаву.

— Я бы поставила стеклопакет, но знакомый, который мне хотел в рассрочку его установить, сказал, что для этого стену нужно сносить полностью и новую ставить. А как это сделаешь, если потолок обвалится? Однажды хотела помыть окно, а оно как рухлядь — стекло лопается. Я всё герметиком заделала, и на зиму пеной монтажной снаружи. Вот выносную проводку только сделала, электрика знакомого попросила подешевле, в рассрочку — здесь проводка с 1940 года не менялась. Вот так потихоньку, помаленьку с зарплаты рассчитывалась, а иначе никак, — рассказала Оксана.

В соседских квартирах та же ситуация — обваливающиеся стены, потолки, с которых сыплется штукатурка, неровный проваливающийся пол, постоянная сырость. Некоторые из жильцов пытаются поддерживать в квартирах порядок, но все усилия тщетны — в итоге ремонт приходится делать уже через полгода.

— Толку абсолютно никакого нет от того, что я по всем ведомствам хожу. Это бесполезно — ходишь, а никому ничего не нужно. Как жить в таких условиях, где нет ни воды, ни туалета, а отопление печное? В администрации удивлялись — а что, ещё есть такие бараки? А где это? Да, представляете, есть, в центре, недалеко от вас, — подытожила Оксана.

В департаменте информационной политики городской администрации НГС.ОМСК пояснили, что за последние два года никто из жильцов дома не обращался насчёт того, чтобы признать его аварийным.

— Мы нашли лишь одно обращение на имя губернатора, по которому были даны разъяснения о порядке признания жилья аварийным, но до комиссии никто не дошёл. Больше никто из жильцов ни в департамент жилищной политики, ни в межведомственную комиссию по признанию дома аварийным не обращался, — сообщили в департаменте.

Также в ведомстве заявили — информация о том, что дом числился в списке снесённых и был расселён, не соответствует действительности. Жильцам барака посоветовали обратиться в межведомственную комиссию по признанию дома аварийным.