«Шарахнет об стену, но я выживу». Что заставляет омского художника рисковать жизнью ради муралов

Обращали внимание на ангела-хранителя, который смотрит с фасада дома на улице Поселковой? А может, видели портрет Виктора Блинова на Доме физкультурника стадиона «Динамо» или регулировщицу на многоэтажке на Масленникова, 70? Все эти муралы — работа Эдвина Франка.

Вопреки стереотипам, омский граффитист работает не под псевдонимом. Необычное имя и фамилия — семейная история: они достались от матери, чьи родственники — репрессированные поволжские немцы.

Корреспондент NGS55.RU Кристина Савиных и фотограф Кирилл Башинский встретились с художником, чтобы узнать, каково это — превращать серые стены в городские арт-объекты.

Эдвин полюбил рисовать в детстве. А в 8 лет, когда в его плеере зазвучали рэп и хип-хоп, пришел интерес и к граффити. С тех пор и до 2013-го он рисовал исключительно для себя — просто потому, что нравилось. Любимой «площадкой» всегда оставался родной район 40 лет Октября.

«Там уныло чуть-чуть, потому что мы окружены заборами. С детства было скучно и грустно. Угнетало смотреть на заборы всё равно», — объясняет художник.

При этом Франк с образованием. В 2009-м он получил среднее специальное в Музыкально-педагогическом колледже по специальности «реклама». А следом подал документы на худграф при ОмГПУ.

Но с академическим образованием не срослось. В 24 года Эдвина отчислили за неуспеваемость. Он восстановился, отучился семестр и понял: его сейчас волнует не сессия, а вопрос, как зарабатывать на жизнь. Пришлось крутиться: работал экспедитором, верстал объявления в лифтах, трудился на складе в магазине. В вуз возвращаться в третий раз не стал: деньги оказались важнее диплома.

«Я еще и практику проходил у ювелира. Мне предлагали компьютерное моделирование и графический дизайн. Я хоть и кругляшок, но активный, мне скучно на месте», — смеется граффитист.

В 2014-м рисование стало для него высокооплачиваемым хобби. А к 2020-му — уже основным источником дохода. Сейчас Эдвин пишет муралы и расписывает любые поверхности: работает в Омске и по другим городам России. Коммерческие заказы занимают почти всё время, но и про «искусство для души» он не забывает. Недавно, например, купил у знакомого со стройки дорожные знаки — теперь расписывает их. Называет это хулиганством.

Сколько времени уйдет на мурал, никто не скажет заранее. Всё зависит от того, коммерческий это заказ или просьба жителей, насколько сложное техзадание, ну и конечно, от погоды. Эскиз может родиться за день, а может — за неделю.

«Вот когда мы разрабатывали, эскиз для Артема Салугина и Тараса Петуха, нам дали буквально две их фотографии. Сложновато чуть-чуть было, потому что мало материала. А вот, например, мурал в честь хоккеиста Виктора Блинова, разрабатывался совместно с Министерством спорта Омской области», — рассказывает Франк.

Художник признаётся: рисовать абстрактных персонажей легко. А вот попасть в характер реального человека рискованно. Чуть ошибся с акцентом — и заказчик может обидеться.

По времени один мурал может занять и день, и несколько лет. Но без сюрпризов не обходится никогда. «Подарки судьбы» случаются постоянно: то в последний момент вносят правки, то строители вмешиваются со своими коррекциями. Недавно Эдвин 13 часов подряд занимался чистой отрисовкой. С парой перекуров, но без сна.

Вообще, его идеальный режим — выспаться до полудня и работать до полуночи. Для тонуса в зависимости от сезона пьет зеленый чай или пуэр. Правда, график частенько ломается: приходится подстраиваться под режимные объекты и требования заказчиков.

Но художественный замысел — лишь половина дела, когда речь о фасаде многоэтажки. Главное — понять, как залезть на стену, закрепиться и не убиться. Выбор оборудования зависит от локации.

«Самый дорогой и быстрый вариант — это АГП (автогидроподъемник. — Прим. ред.) с люлькой. Еще нужна техническая группа грузчиков, которые занесут конструкцию через лифт или по лестницам на крышу».

До старта работ на объект заходит альпинист: вешает основные и дополнительные страховочные веревки для художников и ассистентов, проверяет крышу, убирает всё, что может упасть вниз.

«Если заклинит технику или ее поведет ветром, я останусь висеть на отдельном тросе. Шарахнет об стену амплитудой, но я выживу. Ушибы лучше, чем летальный исход», — поясняет Франк.

Работать в одиночку Эдвин может, но признаётся: это морально выматывает. Чаще он в паре. Был период, когда рисовал с супругой Юлией, но их творческие пути разошлись: девушка потеряла интерес.

«Невосприимчива к критике конструктивной. Без нее нет роста. Не могли найти именно вот в таком плане язык на работе. Нужно воспринимать критику», — отрезает Франк.

В последний год его напарник и по совместительству друг — Артем. У парня нет художественного образования, он, по сути, стал подмастерьем. Эдвин сходу начал давать ему сложные задачи — так и натаскал.

Эдвин убежден: работа в людных местах — это всегда диалог с городом. Бывает, прохожие подсказывают идеи, и тогда в готовом мурале появляются пасхалки и отсылки. Иногда эскиз упрощают по просьбе жителей. Но есть и обратная сторона — грубость и непрошеные оценки. К этому художник уже выработал «броню» и старается не принимать близко к сердцу.

Кстати, о диалоге. Недавно Эдвина впервые узнали на улице — и попросили сфотографироваться. Это случилось, пока он катался по городу на велосипеде.

«Я сперва не поверил, думал, меня разыгрывают ребята. Фотографировались просто на проезжей части незнакомые мне люди. Они мне кричат: „Давай к нам!“ Я думаю: „Ладно“. Запрыгнул, мы все сфотографировались. Я потом говорю: „Зачем?“, а они мне отвечают „Ну как зачем? Ты же легенда просто“», — улыбается художник.

Почти сразу после этого случился и первый крупный хейт в карьере. Поводом стал мурал для Регионального клинического перинатального центра. В июле на фасаде появилась работа «Счастье — это…»: бирка для новорожденных, младенческие ножки и подпись «Изготовлено с любовью». Интернет-пользователей смутило, что вместо лица ребенка выбрали другой образ.

«Там важность не образа была. Я вот ангела рисовал (мурал в микрорайоне Модерн — Прим. ред.). Он же никакого гендера не занимает, ни к кому не относится. Да можно что угодно говорить — попробуйте нарисуйте», — отвечает художник хейтерам.

Несмотря на хейт, непонимание и случайных грубиянов, Эдвин продолжает рисовать. И кажется, город уже привык к тому, что на фасадах то и дело появляются новые лица и сюжеты.

«У меня такая политика: грустно — рисую, весело — тоже рисую. Рисование в любом настроении тоже получается разное».

Франк не строит грандиозных планов. Говорит, что хочет дальше развиваться как художник, пробовать новые форматы и не останавливаться. А еще — чтобы его работы радовали омичей и делали город чуточку уютнее.