«Мы не работаем, мы служим»: как живет театр, где актеры моют полы и штукатурят стены

Если вы ждете от театра мрамора, бархата и торжественных рядов кресел, то не туда попали. Здесь гостей встречают сами актеры, полы моют они же, а оштукатуренные колонны — работа художественного руководителя. Всё потому, что никто не сделает это лучше их самих, по секрету признаются актеры.

В этом уютном месте нет массивных люстр, зеркал в золотых рамах и строгих билетерш. В фойе — старые чемоданы, набитые реквизитом, которые сразу привлекают к себе внимание. На стенах — картины, фотографии, детские рисунки и вещи, которые когда-то будут использовать в постановках. С потолка свисают самолетик, кораблик и велосипед.

Это «Третий круг» — место, где 27 лет назад решили играть в театр, а доигрались до Канн, Монако и маленького счастья по вечерам. Подробнее — в материале Анастасии Власовой и Евгения Софийчука.

В девяностые годы в детский клуб «Красная гвоздика» попала юная Флора Бабаджанян — сегодня художественный руководитель и режиссер театра. Попала и не захотела выбираться. Именно там научилась всему: ставила танцы, проводила дворовые мероприятия и даже собрала мальчишек в музыкальную группу.

«Это была какая-то банда бешеных детей под руководством ребенка чуть постарше».

Спустя годы в коллективе появился ее будущий муж Александр Повякало. Вместе они поставили Флоре дипломный спектакль «Маленький принц». После премьеры оказалось, что останавливаться не хочется. Поэтому будущий театр родился не из великого замысла и даже не из мечты, а из того, что нужно было сдать диплом.

«Сначала не было никакой идеи: сделали спектакль, потом захотели следующий. По сути, мы просто играли в театр и договорились между собой, что это будет не кружок самодеятельности, а настоящий театр. Мы в него играли и доигрались», — делится худрук «Третьего круга».

Дальше были годы скитаний. Школа, где удалось продержаться один сезон. Дом пионеров, где дали бывший зал для бодибилдинга — пустой, холодный, который пришлось самостоятельно оборудовать под сцену. Следующая ступень — ДК «Звездный», там опять выделили большое помещение, и снова актеры всё делали своими руками: кулисы, ремонт, зрительный зал.

Каждый раз это был маленький домик, где театр мог жить своей жизнью, и никто не мешал. Но всё имеет свойство заканчиваться и спустя годы пришло время переезжать сюда — в «бункер», как ласково называют это место актеры.

Девять лет назад на втором этаже здания на входе в Советский парк была лишь бетонная коробка с дырками для унитазов. Сейчас — «маленький домик счастья».

«Всегда хотелось быть профессионалами. Нам было страшно быть дилетантами».

«Третий круг» — театр частный, потому что никто не даст денег на ошибку. Государственных дотаций нет, гранты — вещь непонятная, спонсоров не было никогда. Есть только зритель, который голосует рублем.

«Если мы сделаем спектакль, на который не будут ходить люди, значит, мы не выживем. Если спектакль не получился, мы должны довести его до состояния, пока он не станет хорошим. Мы не имеем права такое показать зрителю и не можем не показывать вовсе».

Еще одна особенность: постановки здесь живут очень долго: нет такого, что поставили, отыграли сезон и сняли. Пока зритель ходит, спектакль идет. Визитная карточка театра — постановка «Звездный дождь» — клоунада, в которой почти нет слов. Им «Третий круг» открыл нынешнюю сцену и с тех пор его показывает каждый сезон.

«Есть люди, которые ходят на него чуть ли не каждый год. Приходят четыре-пять раз, привозят с собой еще родственников».

За 27 лет театралы объездили многие фестивали, города и страны и успели собрать внушительную коллекцию наград. «Третий круг» — неоднократный лауреат и обладатель Гран-при межрегиональных, всероссийских и международных фестивалей.

«Уже цели такой нет — получить много дипломов. Мы через это всё перешли, прошли».

Звездный час случился в 2013 году: театр представлял Омскую область в составе делегации на Фестивале российской культуры во Франции в Каннах. Организаторам требовался уличный спектакль без слов, такой, чтобы показал Сибирь и не требовал перевода.

«Мы ничего не боимся. На всё готовы, глубоко не задумываемся», — призналась актриса Ева Бобрович.

Потом была почти случившаяся сказка: труппа прошла отбор в Монако. Они должны были представлять Россию со «Звездным дождем». Организаторы выбирали коллективы со всего мира, остановились на 10–12, и «Третий круг» уже был в афише. Но случился ковид.

«Так что это наш любимый фестиваль, на который мы не попали», — смеется Флора.

Частный театр — это не только творчество, но и жесткая экономика. Денег никто не дает, поэтому их нужно зарабатывать самим. Главный источник дохода — спектакли. Но есть еще одна важная часть в жизни театра — студия.

При «Третьем круге» существует пять возрастных групп, в которых обучают актерскому мастерству — от пятилетних малышей до подростков 14–18 лет. Это не кружок самодеятельности в привычном смысле — ученики полностью погружаются в театральную жизнь, а на выходе играют в постановках.

Спектакли с юными актерами собирают полный зал зрителей. Причем не родителей, которые обязаны похлопать, а посторонних людей, которые платят деньги и ждут качественной постановки. Например, на один из детских спектаклей уже в марте не было билетов на май.

«На спектакли, в которых играют малыши, приходят посмотреть такие же пятилетние, трехлетние дети с родителями. И им это нравится еще больше. Они обалдевают от того, что, оказывается, дети тоже могут быть на сцене и играть».

Родители студийцев помогают театру кто чем может, некоторые принимают участие в постановках.

Спросите любого актера «Третьего круга», во сколько начинается его рабочий день, и он поправит: «рабочий» — неправильное слово.

«Театр — это способ жизни. С этим засыпают и просыпаются. Ты уже не можешь жить по-другому. И вся семья должна подстраиваться под тебя», — размышляла худрук.

Понедельник, среда, суббота — студия. Вторник, четверг — репетиции, а спектакли проходят почти каждые выходные. Плюс выезды и ведение «хозяйства»: починить свет, погладить костюмы, смонтировать декорации к следующему спектаклю. У труппы нет технического персонала и актеры совмещают в себе все специальности: они и художники по свету, и звукорежиссеры, и монтировщики, и гардеробщицы, и клининг. И педагоги, потому что каждый из основного состава ведет студию.

«Когда говорят „работа“, я сразу поправляю: „Я не работаю“. Это странные, несовместимые понятия — работа и театр», — поделилась актриса Анна Чугайнова.

«Мы не работаем, мы служим», — поддерживает худрук.

У «Третьего круга» есть еще одна важная деталь, которую не увидишь в афише. Художественного руководителя Флору Бабаджанян и актера Александра Повякало связывает не только сцена.

«Нам с Сашей, слава богу, повезло, мы семья», — говорит Флора.

У остальных актеров, чьи семьи не театральные, тоже есть свое «повезло», но другое.

«Хотя бы есть, кто придет к тебе, кто тебе приготовит. Хотя бы не даст тебе помереть», — смеется Флора.

Так кто они — профессионалы или любители? Все актеры имеют образование. Но на фестивали профессиональных театров не проходят, бюрократия не пускает. Из любительских выросли: «Мы получаемся где-то вот эта вот середина».

Середина, которая 27 лет доказывает, что можно играть в театр так, как будто он уже стал театром их мечты. И тогда он действительно становится таковым.