Из царского Петербурга — в сибирскую грязь: кто такой Куломзин и зачем его именем назвали улицу в Омске

Недалеко от аэропорта, на Левом берегу Омска, находится Куломзинская улица. Она проходит через частный сектор и многоэтажки: здесь кипит обычная городская жизнь, а фамилия на табличке будто осталась в другой эпохе. За ней — судьба человека, который никогда не жил в Омске, но заметно повлиял на развитие города.

Кто такой Анатолий Куломзин, зачем он поехал в Сибирь и как его фамилия спустя больше века снова оказалась на карте Омска, нам помог разобраться историк Кирилл Демьянов.

Начнем издалека — с Костромской губернии. Анатолий Куломзин родился 3 (15) января 1838 года в селе Корнилово. Его семья принадлежала к старинному дворянскому роду, хотя большого состояния не имела. Отец, отставной поручик Финляндского полка, рассчитывал, вероятно, на вполне привычную для того времени судьбу сына. Но Куломзин выбрал карьеру, которая в конце концов приведет его в Сибирь.

В 1858 году окончил юридический факультет Московского университета и почти сразу отправился в Европу. Лейпциг, Гейдельберг, Оксфорд — там Куломзин изучал финансовые и банковские системы. Образование было не для галочки: знания пригодились ему в будущей государственной службе.

Вернувшись в Россию, Куломзин стал мировым посредником в Костромской губернии в мае 1861 года. Молодому чиновнику пришлось на практике разбираться, как большая реформа работает в обычной деревне: ремонт дорог, открытие школ, борьба с пожарами и проблемы крестьян.

Здесь Куломзин впервые увидел государственную работу не из кабинета. Позже он поднимется до самых высоких должностей, но привычка смотреть не только в бумаги, но и по сторонам, останется с ним на десятилетия.

В 1893 году Куломзин возглавил Комитет Сибирской железной дороги. По стране уже прокладывали будущий Транссиб, а Омск превращался в один из главных узлов новой магистрали.

Но рельсы — только половина дела. Следом за ними в Сибирь ехали тысячи переселенцев. Поэтому Куломзин курировал не только строительство дороги, но и обустройство новых поселений. Добивался появления медицинских пунктов, школ, складов и бесплатных столовых для рабочих и переселенцев.

Одних отчетов из Петербурга ему оказалось мало. В 1896 и 1897 годах Куломзин сам отправился по Сибири и Забайкалью.

Маршрут получился почти экстремальным для чиновничьей поездки: 2200 верст по воде, еще 5000 — на лошадях по грунтовым дорогам. Куломзин объехал 135 переселенческих поселков.

Вместо бодрых докладов об освоении края его ждала совсем другая реальность. В поселках не хватало питьевой воды, врачей и семян. Люди приезжали на новые земли и начинали жизнь практически с нуля.

Вывод оказался простым: сначала нужно подготовить место для жизни, а уже потом отправлять туда переселенцев. Дороги, колодцы, школы, больницы — и только после этого новые поселения.

Наблюдения Куломзин собрал во «Всеподданнейшем отчете» о переселенческом деле в Сибири. Получился не просто отчет о поездке, а подробный разбор того, с какими проблемами сталкиваются люди на новых местах и что с этим делать.

До Омска решения Куломзина тоже добрались буквально в прямом смысле. Он курировал железнодорожную сеть на левом берегу Иртыша, напротив города. Там селились мостостроители и железнодорожники, рос новый поселок. Появилась крупная узловая станция — Куломзино. Сейчас она называется Карбышево.

Куломзин запомнился не только служебными решениями. Руководя канцелярией Комитета министров, он разрешал подчиненным обращаться к нему на «ты», следил за их бытом и здоровьем, относился к коллективу почти по-семейному.

Свободное время Куломзин отдавал истории: состоял в Русском историческом обществе, писал труды по истории финансов и оставил объемные воспоминания «Пережитое».

А потом всё изменилось. После Октябрьской революции Куломзин не принял новую власть. В 1919 году покинул Россию. В тот же год на Украине убили его сына Якова, земского деятеля. Через год Куломзин поселился на юге Франции и последние годы прожил вдали от большой политики, разбирая архивы и записывая воспоминания.

25 августа 1923 года он умер в Марселе. Ему было 85 лет.

Казалось бы, вместе с Куломзиным должно было исчезнуть и его имя из омской жизни. Но фамилия неожиданно вернулась на карту спустя несколько десятилетий.

В 1957 году в СССР начали переименовывать улицы, связанные с опальными партийными деятелями. В Омске бывшая улица Кагановича в Кировском районе стала Куломзинской. Получился исторический вираж: имя царского чиновника, умершего во Франции, спустя почти 40 лет появилось на табличке домов в советском Омске.